Девушка тяжело осела на диван, подняв на него полные боли глаза и нервно вздохнула. Сердце резко зашлось, болезненно стучась в рёбра. Она одновременно хотела и боялась услышать то, что он скажет. Руки дрожали поэтому она сцепила их в замок перед собой.
– Время пришло?
– Да. Через месяц начиная с этого дня, – он даже обрадовался, что она сама всё поняла и не пришлось подбирать слова.
– Почему именно такая дата?
– Его мать так решила. Как раз будет ровно полгода со дня начала комы. Если он не придет в себя, держать его дальше на аппаратах бессмысленно. Мать сказала, что он родился в понедельник и она хочет, чтобы умер тоже. Поэтому такая дата.
– Если я побью его мать, то потеряю работу? – деловито поинтересовалась Сора.
– Таких кардинальных мер не потребуется. Я приглашу её в участок под предлогом того, что надо отдать его личные вещи, награды и бумаги, а ей нужно за всё это расписаться непосредственно в участке. Но сделаем это ближе к дате.
– И ты дашь мне знак, когда можно прийти?
– Да. Тебя не запишут в посетители, чтобы у неё потом не возникло вопросов. Доктор Квон сам это предложил.
– Спасибо. Это всё?
– Да, Сора, это всё. Не смею тебя больше задерживать, – сочувственно сказал мужчина.
Девушка поднялась, набросила куртку, сунула ноги в ботинки и вышла за дверь. Исин не знал, что ей ещё сказать напоследок, но когда дверь закрылась, заметил, что она забыла телефон. Схватив его, мужчина поторопился догнать Сору. Девушка успела за это время спуститься на первый этаж и уже вышла из подъезда.
– Сора, подожди.
Она обернулась, прошагала назад. Видимо пока они пили чай, прошёл дождь, асфальт был мокрый и в воздухе пахло озоном. Сора подошла к нему вплотную, заглядывая в глаза как в душу. Сердце Исина зашлось то ли от волнения, то ли от пробежки.
– Ты телефон забыла.
– Спасибо, сонбэ. –Она взяла аппарат и не глядя сунула в карман. За последние полгода девушка ощущала себя так, как будто сама находится в коме – почти ничего не чувствовала. Ни веселья, ни грусти, ни желания, никаких эмоций и чувств. Тело будто спало. Только боль помогала понять, что она всё ещё жива и в сознании. Поэтому Сора не боялась получать синяки, порезы и ссадины, напротив приветствовала их. Исин смотрел на неё с жалостью во взгляде, понимая, как нелегко ей сейчас приходится, но он и половины её состояния не понимал. Это к лучшему, Сора врагу бы такого не пожелала. Внутренности сковало могильным холодом. От начальника веяло теплом и энергией. Вот бы ей хоть капельку этого тепла. Она подошла вплотную и посмотрела на его губы, а потом в глаза. Исин ощутил себя околдованным.
– Мне очень это нужно сейчас, сонбэ, – тихо проговорила девушка.
Исин облизнул губы. Она правда просит о поцелуе? Вот так прямо? Очевидно, в качестве утешения перед грядущим. Всё же ей придётся проститься со своим парнем навсегда, наверняка это тяжелее, чем он способен себе представить. Мужчина не смог противиться, слишком много мольбы было в её взгляде. Он погладил Сору по щеке, приподнял за подбородок и прижался к губам. Девушка смело обхватила его нижнюю своими, лизнула языком, и толкнулась внутрь. Исин не привык, чтобы им вот так управляли, но в её настойчивости было что-то, чему он не мог противиться. Сора целовала отчаянно, словно это могло что-то изменить для неё, словно могло спасти от чего-то. Исин обнял девушку и притянул к себе, поглаживая её затылок. Он позволил ей продолжать, сколько она захочет. Сам себе мужчина признался, что целуется она потрясающе и ему нравится её напор.
Наконец, Сора оторвалась от начальника, закусила нижнюю губу и кивнула.
– Спасибо. Жду информацию, когда мне можно прийти.
– Хорошо.
Исин выпустил её из объятий и долго смотрел вслед. Удивительная девушка. И всё-таки очень ранимая.