Если он решится окончательно расстаться с ней, то сможет попробовать с Сорой. С ней уж наверняка будет иначе, потому что она другая. И он всегда ей нравился. Вспоминая поведение девушки со времён её стажерства, мужчина удивлялся, как мог быть слеп раньше? Как мог не замечать и игнорировать её знаки, взгляды, стремление сблизиться?! Ведь уже давно всё могло сложиться иначе. У них с Хёншиком могло ничего не получиться, ответь он сам на чувства девушки.
Но Исин зацикливался на Кёнсун и не желал ничего видеть и слышать. Теперь наступило прозрение, что так не может продолжаться вечно. Надо бы поторопиться пригласить мать Хёншика в участок, чтобы Сора смогла спокойно с ним попрощаться и оплакать его. А потом... потом видно будет. Не стоит делить шкуру не убитого медведя.
🚨
Следующим утром на телефон Соры пришло сообщение: «Через час приезжай, спроси доктора Квона».
Она бросила дело, которым занималась, накинула куртку и пулей выскочила из офиса. Затерявшись под деревьями рядом с территорией больницы, девушка видела, как мать Хёншика встретил патрульный и с почестями усадил в автомобиль. Когда они скрылись за поворотом, Сора быстрым шагом прошла на главный вход. Доктора о ней предупредили, он лично встретил девушку и провёл к нужной палате.
– Думаю у вас около часа до её возвращения. Решение принято, госпожа подписала бумаги и в понедельник всё произойдёт. Мне очень жаль, что нам приходится вот так прятаться…
– Всё в порядке, спасибо вам.
Сора пожала ему руку и решительно вошла в палату. В тишине комнаты мерно пиликали датчики. Замедленный пульс, невысокое давление, низкая дыхательная активность. Девушка перевела взгляд на пациента. Хёншик сильно исхудал за эти полгода, он лежал там спокойный и непривычно бледный. К рукам и груди присоединены датчики, электроды и тонометр. Во рту дыхательная трубка. Сора всхлипнула, села на стул рядом и взяла его руку в свою.
– Я так скучала по тебе, – слёзы покатились по её лицу против воли. Сдерживать напряжение все эти месяцы получалось только потому, что она его не видела. А теперь прорвало, девушка рыдала несколько минут, прежде, чем смогла говорить снова.
– Я хотела прийти раньше, но твоя мама никого не подпускает. Я не хочу тебя отпускать, оппа. Мне без тебя так плохо. Врачи говорят, что за полгода в твоём состоянии ничего не изменилось. Это разрывает мне сердце. Оппа, как мне без тебя жить?!
Сора не удержалась, упала лицом на укрывавшее его одеяло и горько расплакалась. Вспомнив о времени, девушка сверилась с часами. Еще около 40 минут. Её предупредят, если что. Она принялась рассказывать, что он упустил за то время, пока лежал в коме, о своих успехах в тренировках, о прогрессе в хапкидо, на котором он так настаивал. Всё это время Сора гладила безжизненную руку мужчины, переплетала их пальцы и улыбалась, словно он мог её видеть. В детективе не было ни привычной силы, ни энергетики, словно его уже не было в этой оболочке.
– Неужели я больше никогда не увижу твоей наглой ухмылки? Твоего самоуверенного взгляда, как будто ты непотопляемый и непобедимый? Никогда больше не услышу твоего голоса. Как же мне будет всего этого не хватать! Ты обещал, что с тобой мне будет хорошо, и что в итоге? Бросаешь меня?!
Сора не могла удержаться от того, чтобы не прикасаться к нему, гладила любимые руки, трогала непривычно спокойное лицо и не могла наглядеться.
– Я никогда тебя не забуду, оппа, – пообещала девушка. – Но подумай ещё раз, прежде чем уйти. Ты ведь такой упёртый. Как ты вообще посмел меня оставить? Как смог меня бросить совсем одну?! Вернись ко мне, Хёншик, пожалуйста.
Последние слова она прошептала как заклинание. Затем поднялась и поцеловала его в уголок губ. Никакой реакции. Ничего не изменилось. Его прежде упругие плотные губы сейчас были слишком мягкими и безвольными. Сора снова всхлипнула.
– А знаешь, я тебя никогда не прощу! Мы в ответе за тех, кого приручили? Ты ведь меня приручил, и теперь бросаешь. Ну кто так делает, оппа?
Она не могла отвести глаз от его спокойного безэмоционального лица, вспоминая, каким оно было, когда мужчина злился, ревновал, каким он был в порывах страсти и нежности. И в тот вечер, когда едва не признался ей в любви.
– Я тоже тебя полюбила. Просто не понимала этого, не знала, что это оно и есть. И теперь мне тебя очень не хватает. Я не стану прощаться с тобой. Буду думать, что ты бросил меня и просто уехал куда-то очень далеко. Что ты живёшь другой жизнью с другой женщиной. Я буду тебя ревновать и ненавидеть. И всегда представлять живым. Понял?!
Сора усмехнулась этой отповеди, решив, что Хёншику она бы точно понравилась. На телефон пришло сообщение от Исина том, что мать Хёншика выезжает из офиса. Она тяжело вздохнула, бросила последний взгляд на бледное лицо и взялась за ручку двери.
Датчики беспощадно запищали. Девушка удивлённо оглянулась, но сквозь пелену слёз ничего не смогла понять и принялась их вытирать.