До этого я представляла его себе только в пиджаке. Теперь я знаю, что на груди у него шрам ровной полосой сверху вниз, ровно между мощными грудными мышцами, что он умеренно волосат, мускулист и очень рельефен. Такой рельеф достигается только тяжёлой и регулярной работой в спортзале. У него тонкая талия, широкие плечи, сильные руки и узкие, но рельефные бёдра. Он выглядит, как дремнеримский воин, или древнегреческий дискобол.
Когда он подхватил меня на руки, я не почувствовала никакого усилия. Он поднял меня так, будто я была плюшевой игрушкой. И эта его сила чувствовалась во всём: в уверенном, иногда тяжёлом, исподлобья, взгляде, в тональности его низкого, глубокого голоса, в том, как он строил предложения, в его молчаливости и в том, как он мной владел.
Таким людям редко перечат: это чревато. Они просто говорят, а те, кому они это говорят - просто делают. Меня не удивляло то, что он был руководителем большого бизнеса. Меня удивляло то, как мягко он стелил поначалу. Я так легко купилась на это. Думала, он всерьёз заинтересован в специалисте.
Теперь же я понимаю, что он легко мог обойтись в этой поездке без меня. Он с такой лёгкостью отменил мою вечернюю работу, что стало понятно - в моих действиях и не было особой нужды.
Так для чего же он взял меня с собой? Ради секса? Глупо даже предполагать такое. Я не куртизанка и моё скованное поведение в переговорной головного офиса его компании очень вряд ли располагало к суждению о моей сексуальной притягательности. Я знала, что зажата в общении с мужчинами. Я стесняюсь. Не умею быть лёгкой хохотушкой, которые им так нравятся. И не веду себя, как свой в доску парень. И не умею быть уверенной в себе стервозной особой. Я совершенно обычная девочка из малообеспеченной, да что там - откровенно бедной! - семьи, в которой всегда самым актуальным вопросом стоял вопрос финансового выживания. Девочка, рано потерявшая отца, у которой из всего мужского общества рядом был только маленький, а затем подросший, брат.
Я никогда не считала себя красоткой. Симпатичная, но не более, я между тем, росла очень нескладным подростком, а к совершеннолетию поняла, что действительно потрясающе красивые женщины - это сочетание природной красоты, которой я не обладала с бешеными деньгами и умением себя подать. У меня нет ничего из этого. Ни дикой красоты, ни сексапильности, ни ухоженности, ни стильной качественной одежды.
Так зачем же он взял меня с собой?
Если только ради секса, то кто мог гарантировать ему, что я не устрою сцену в отеле? И почему он просто не вызвал какую-нибудь красотку из реальных эскорт-услуг?
Надев подобранное с пола дешёвое нижнее бельё, я сижу на кровати, набросив на колени одеяло и обняв их руками. Жду, пока он выйдет из ванной, чтобы пойти туда самой. Одеваться полностью не имеет смысла, я всё равно хочу в душ. Может быть после него мне станет легче.
Нет, у меня нет желания смыть с себя его прикосновения. Я знаю, что кожа запомнила их надолго. Но я думаю, что я смогу настроиться так на дальнейшее общение с ним. Потому что сейчас я не понимаю, как с ним говорить.
Он просто взял меня. Тогда, когда захотел. Так просто, что даже страшно.
Шум воды затихает, раздаются только приглушённые всплески, а вскоре умолкают и они. Я сижу, вновь напряжённая, на кровати и жду, пока откроется дверь.
Глава 9.2
Он выходит, обмотанный полотенцем, будто первобытный кроманьонец в набедренной повязке. Статный, мощный, с уверенным взглядом сильного мужчины. Встаёт рядом с кроватью, скрещивает сильные, мускулистые руки на груди, пристально, оценивающе смотрит на меня. И молчит.
Я снова чувствую себя на собеседовании. Утыкаюсь в колени, исподлобья смотрю на его ноги. Он подходит ближе, протягивает руку и взяв тремя пальцами за подбородок, заставляет поднять лицо.
- Ты чего поникла? - спрашивает он, сверля меня взглядом. - Что-то не так?
Хороший вопрос. Главное, актуальный.
- Я бы тоже хотела принять душ.
Он убирает руку.
- Иди.
Глядя под ноги, встаю с постели и ухожу в ванну, понимая, что он смотрит мне вслед. Я не закрываю дверь на замок в её ручке, потому что боюсь, что он услышит щелчок и подумает невесть что.
После душа мне действительно легче. Беру с крючка свежее полотенце, пахнущее цветами и морем, начисто вытираюсь и снова надеваю то же бельё. Другого у меня нет. Я собиралась купить его здесь, попросив его дать мне возможность пройтись часок по магазинам. Купить на те деньги, которые остались от маникюра. Потому что, переволновавшись перед поездкой, я оставила флакон недорогих духов и пакетик с бельём дома в ванной. Хорошо хоть косметичку не забыла.