Она встаёт. Подходит ко мне.
- Ты с ним спала? В глаза мне смотри. Ишь, потупилась! Спала или нет?!
- Мам, я взрослый человек, - стараясь не расплакаться из-за этого напора и давления, говорю я. - Я имею право на личную жизнь.
- Тебе в этом праве никто не отказывает. Только вот понимание того, что моя дочь решила стать шлюхой - мне лично, как ножом по сердцу.
- Мам, я не шлюха... Ну, что ты такое говоришь?
У меня губы дрожат. Едва не плачу.
- Ты сколько с ним знакома?
- Немного...
- Сколько, я тебя спрашиваю?!
- Неделю...
- Неделю! В командировку с ним ездила?!
- Да...
- Спала там с ним?
- Мам, перестань...
- Ты спала там с ним или нет?!
Ничего не говорю. Смотрю под ноги. Слёзы катятся по щекам.
- Ясно, - заключает мама. - Значит так. В глаза мне смотри!
Заставляю себя посмотреть на неё.
- Завтра же, - приказывает мама, - поедешь вернёшь ему все эти шмотки. Включая то платье, которое на тебе. И все эти бирюльки. И обувь. Всё. С трусами вместе! И увольняешься с этой работы. Устраиваешься на нормальную. Где руками и головой работают. А не... - она явно хочет сказать матом, но сдерживается и только поджимает губы. - Ты поняла меня, нет?!
- Мам, это подарки. Подарки, - я уже откровенно плачу, - подарки, понимаешь?
- Понимаю. Получше тебя понимаю. Что это за "подарки"! Позор...
И стремительно выходит из комнаты.
Глава 23.3
После этого разговора, мама наливает себе на кухне чаю и уходит в свою комнату смотреть телевизор. Она даже не предлагает мне ужин. А на все мои попытки что-либо объяснить, жестом останавливает меня и говорит, чтобы я не мешала ей смотреть сериал, а потом передачу. В общем, даёт понять, что общаться со мной не желает.
Позже мы все ложимся спать и яслышу, как Олька вздыхает в темноте, лёжа на своей кровати.
- Наташ? - тихонько зовёт она меня.
Я лежу спиной к ней, повернувшись лицом к стене.
- Что? - повернув голову, спрашиваю я.
- Ты всё это отдашь?
Кусаю губу. Слёзы текут из глаз, задерживаются в уголке. Вытираю пальцами, вздыхаю.
- Я не знаю.
- Он же обидится, если отдашь... Да и жалко, да?
- Да...
- А у вас всё по-серьёзному?
Сглатываю слёзы.
- Я не знаю...
- А ты правда с ним спала?
- А как ты думаешь, если мы ночевали в одном номере?
Молчим. Слышу, как она только тихонько ворочается. Обиделась, что ли?
- А тебе понравилось? - доносится до меня её робкий вопрос.
Понравилось? Да я в космос летала... С ума сходила от удовольствия...
- Спи, Оль.
- Ну, скажи...
- Понравилось.
- А вы этим сколько раз занимались?
- Много, Оль.
- Везука тебе...
Да уж. Везука.
- Ты влюбилась, что ли, в кого-то? - повернувшись на другой бок, спрашиваю я.
Молчит. Слышу её дыхание в тишине.
- Что, влюбилась? - заинтересовываюсь я.
- Да. Ты только маме не говори. Он футбольный хулиган. Она точно не одобрит.
- Стопудов не одобрит, Оль. А к тебе он как относится?
- Он не знает ещё... Я не говорила.
- Оль, если он злой или агрессивный, не надо с ним встречаться.
- Он хороший. И очень классный. Знаешь, какие у него глаза?
- Какие? - сквозь слёзы улыбаюсь я.
- Ярко-зелёные, - шепчет она. - Как у кота.
- Прикольно, - шепчу я в ответ. - Только стрёмно за тебя немножко...
- Да нет, он правда хороший. Собаку свою очень любит. Немецкую овчарку. Вот была бы у нас собака, мы бы с ним вместе выгуливали. Он неподалёку живёт. Сейчас даже ближе, чем когда мы жили на той квартире.
До нос доносится шуршание приближающихся шагов, и мы обе тут же умолкаем и притворяемся спящими.
Мама тихонько открывает дверь и прислушивается. Затем закрывает. Слышатся её тихие шаги, а затем поскрипывание кровати - она снова легла. Видимо, ей тоже не спится.
- Всё, Ольк, спи, - шепчу я. - Добрых снов.
- И тебе.
В отличие от вскоре засопевшей Ольки, я ещё долго не могу заснуть. Мама даже не представляет перед каким выбором поставила меня. Я ведь знаю, что она не просто разозлилась, а действительно не будет со мной нормально общаться, если я не верну эти вещи Руслану. А он их обратно совершенно точно не примет. Что же их теперь выкидывать, что ли?
И его предложение переехать мне в арендованную им квартиру выглядит теперь ещё более заманчивым. Настолько, что я уже просто не вижу другого варианта.
Но окончательно принять это решение мне очень непросто. Отношения с мамой будут совсем испорчены. Да и болеет она, страшно за неё. И Ольке будет голову мыть, чтобы не пошла по стопам "гулящей" сестры. Хотя, это в принципе будет. Живи я здесь или на другой квартире. Мама в этом отношении довольно старомодна и очень принципиальна.