Пайпер открыла рот, чтобы потребовать объяснений, но комната расплылась. Слабые голоса становились громче в ее ушах, слова она не могла разобрать. Мир погрузился в непроницаемую тьму.
ГЛАВА 18
Она приходила в себя. Голоса. Пайпер слышала злые и испуганные крики.
Ее глаза открылись.
Она лежала на мхе, одеяло сложили ей под голову. Лес уже не был черным, его озарял розовый рассвет. Ее тело было слабым, мышцы задеревенели, но поток адреналина уже наполнял их силой, когда она увидела, что происходит перед ней.
Майсис, Коэн и еще один деймон Ра стояли с одной стороны полянки с черными глазами, мечами, напряженные для боя. Лир и Сейя были в стороне с большими глазами, вытянувшими руки, пытаясь успокоить. Лир говорил быстро, но тихо, хотя Пайпер не слушала его слова.
Она смотрела на Эша.
Он стоял против Майсиса, он был без морока. Черные крылья поднимались за его спиной, наполовину развернутые для атаки, хвост развевался за ним. Большой меч с черной рукоятью был в его руке, конец лежал на земле, его стойка была напряженной.
Пайпер видела его лицо только в профиль, но этого хватило. Черные, черные, черные глаза. Лицо искажено. Зубы оскалены. Гнев исходил от него, как жар от огня.
Майсису конец.
— Это ты виноват, — рычал он, его голос деймона был далек от человека. — Ты это сделал.
Ужас Пайпер тут же усилился. Гнев. Убийственная ярость. Она уже это видела — сначала в здании Хризалиды, а потом, когда он Сахаром уничтожил армию Самаэла. Затемнение, граничащее с безумием. Питаемое бездумным гневом и такой глубокой ненавистью, что логика пропадала.
Трещины. Как и сказала Натания, Эш был полон гнева и трещин.
— Эш, — попытался снова Лир, протянув руки к дракониану, хотя не осмеливался приближаться, становиться между Эшем и мишенью его злости. — Просто послушай, ладно? Мы не знаем, что Пайпер не проснется…
Эш заерзал. Это было предупреждение.
Пайпер вскочила на ноги сильным движением. Эш бросился на Майсиса. Он был невероятно быстрым, но она удачно находилась. Она направилась к нему, схватила за ведущую руку и закричала при этом его имя.
Он развернулся с неестественной грацией, и всю силу броска направил на этот поворот, сбивая ее с ног, но Пайпер не отпустила. Его свободная рука полетела к ней, его черные глаза пронзили ее. Его ладонь сжалась на ее горле, когти погружались в плоть, коготь большого пальца был ужасно близко к яремной вене.
— Эш! — завопила она.
Он застыл. Черные глаза смотрели на нее. Он все еще скалился. Она не видела узнавание, но он не двигался.
— Эй, — прошептала она. К счастью, он не душил ее, но ему хватило бы мига, чтобы разорвать ее горло. — Это я. Я проснулась. Я в порядке.
Она ждала, не шевелясь. Его взгляд сосредотачивался, бездумный гнев утихал. Его ладонь на ее шее сжимала все слабее, когти убрались из плоти с резкими вспышками боли, но она не дала этому отразиться на лице.
Эш убрал руку и посмотрел на ладонь, на ее кровь на его пальцах. На миг, на краткий миг, его лицо исказила неописуемая агония, а потом лицо опустело, стало непроницаемым камнем. Он отошел.
И ушел.
Ее сердце билось в горле, он прошел мимо всех без оглядки, прижав крылья к спине, пропал в тенях леса. Пайпер шагнула в ту сторону, но ладонь сжала ее руку. Она оглянулась и увидела Лира.
— Не нужно, Пайпер. Дай ему время остыть.
Она посмотрела туда, где пропал Эш. Ее инстинкты говорили не бросать его одного. Лир не видел тот миг агонии, миг, когда все его стены рухнули, и она увидела его душу. Ядовитая ненависть, как внутри Сахара, бурлила в ней, грозя захватить. Она убила бы Самаэла. Убивала бы его медленно за то, что он сделал с Эшем.
Лир взял ее за подбородок, отвлекая от опасных фантазий, и проверил обе стороны ее шеи.
— Важные точки не пострадали, — сказал он с облегчением.
Майсис подошел, бледный, пряча меч в ножны.
— Твоя смелость невероятна, Пайпер, — тихо сказал он.
Она не знала, был ли это сарказм.
— Очень смело, — согласился Лир. — И очень глупо. Но смело.
— Спасибо, — буркнула она.
Майсис тоже проверил ее шею.
— Коэн может это исцелить. За пару минут, — пауза. — Я боялся, что ты не проснешься.
— Я тоже немного переживала, — она поводила плечами, разминая мышцы. — Что тут произошло?
Лир скривился.
— Ты не просыпалась часами, почти всю ночь. Ничто не могло тебя разбудить. Эш и Майсис спорили, забрать ли у тебя Сахар и посмотреть, разорвет ли это связь, пробудит ли тебя. Эш боялся, что ты застрянешь внутри навеки, — он пронзил взглядом наследника Ра. — Майсис попытался отобрать Камень. И Эш сорвался.