Она наклоняется, твердо ставя руки на кровать у моих бедер, ее волосы колыхаются возле плеч, направляясь к груди. Я чувствую ее дыхание на своем лице и ощущаю ее запах. Тот же самый запах, что у шарфа. Так вроде пахнет сахарное печенье?
– Я ясно выразилась, офицер?
Я кусаю внутреннюю сторону щеки, чувствую вкус крови на зубах и киваю. Это все, что я могу сделать в данный момент. Она не мешкает передо мной. Выпрямляется и скрещивает руки напротив меня.
– Окей, ладно, но почему тебе не нравится то, что кто-то называет тебя «деткой»? В чем дело?
Харлоу смотрит на меня, потом передвигает свой чемодан, пытаясь положить его на кровать. Я хватаю его и помогаю ей, но она до сих пор не отвечает на вопрос.
– Так ты собираешься сказать, или я должен сам догадаться?
Она расстегивает чемодан и начинает выкладывать обратно вещи в шкаф, но до сих пор не вступает в зрительный контакт со мной.
– Мне... мне просто не нравится. Это не мило. Это н-не сексуально. Оно просто заставляет меня чувствовать себя... – после того, как девушка запинается, она замолкает, и я не могу услышать последние слова.
Я не уверен, в чем дело. Встаю, беру несколько пар обуви и протягиваю ей. Это простой жест, и Харлоу выглядит смущенной. Я толкаю туфли в ее руки и закатываю глаза. Она смотрит на них, затем на меня и помещает их в шкаф.
– Понял. Я не монстр. Мы можем стать друзьями, если ты хочешь. То, что произошло прошлым летом, вовсе не означает, что мы просто не можем отпустить это. Мы оба знаем, что это никогда не повторится.
Я поднимаю другую пару обуви, и на лице Харлоу появляется маленькая улыбка:
– Верно, думаю, мы можем стать друзьями в случае, если ты будешь следовать списку моих требований. Особенно пункту об именах.
Я улыбаюсь ей в ответ, гадая, что происходит в ее маленькой головке со слишком большими мозгами.
– Почему в прошлом году ты сказал, что твое имя Рафаэль?
– Потому что это так.
– Тогда почему все называют тебя Крузом?
– Это моя фамилия. Я действительно не знаю, почему назвал тебе свое имя. Обычно его не использую. Даже мой брат зовет меня Крузом.
– Странное имя. Думаю, это излишне замысловато, но я не собираюсь звать тебя Крузом.
– Не такое странное, как имя Харлоу.
Она смеется:
– Имя Харлоу не странное. Скорее редкое.
– Ладно, я не фанат и не буду называть тебя так, но не смей называть меня Рафаэлем.
Она вырывает пару обуви из моих рук и стонет:
– О, серьезно? Тогда как ты собираешься называть меня? Точно не словом на букву «Д».
Я смеюсь, глядя на нее. Это слишком комично.
– Чем-то несексуальным, милым и смешным. Я собираюсь называть тебя самым невозбуждающим именем, которое только можно придумать.
Она кладет руки на свои бедра, наклоняет голову в ожидании имени, которое я собираюсь ей дать.
– Как только я дам тебе имя, не будет возможности вернуться назад. Оно прилипнет к тебе.
– Возможности вернуться назад? – переспрашивает она.
– Да, возможности вернуться назад.
– Кхе-кхе, достаточно справедливо.
Я протягиваю ей свой мизинец. Харлоу выглядит растерянной, не понимая, что я от нее жду. Она затворница?
– Клятва на мизинчиках. Ты соединяешь свой мизинец с моим, и мы пожимаем друг другу пальцы. Ты когда-нибудь жила в пещере?
Она качает головой в знаке «нет».
– Ладно, неважно, просто сделай это. Это круто.
Она соединяет свой маленький пальчик с моим. Давлю на него, тем самым пугая ее.
Я начинаю задумываться об имени, хорошем имени, которое она возненавидит. Сжимаю виски, зажмуриваю глаза и мямлю:
–Имя, несексуальное имя, хмм...
Тихонько приоткрываю один глаз и вижу, что чем больше тяну, тем больше Харлоу напрягается.
– Просто покончи с этим, пожалуйста. Я уже потеряла достаточно драгоценного витамина Д от солнечных лучей из-за тебя.
Ладно, с нее хватит, и я вроде как придумал.
Встаю. Мое тело возвышается над ней. Она не низкая. Она не высокая. Она нечто среднее. Протягиваю ей свою руку, чтобы она пожала ее.
– Приятно познакомиться, Репка.
Недоуменный взгляд появляется на ее лице, и я усмехаюсь. Она возненавидела это прозвище.