Ее слова тают во мне, и уже она превращает меня в нечто. Вот уж никогда не думал, что буду вести себя как цыпочка.
– Сейчас я отдам столько себя, сколько смогу, Репка. Это так ново для меня, но это чувство вызывает привыкание, и не хочу, чтобы оно закончилось, так что давай просто окунемся и посмотрим, что произойдет.
Она целует мои губы и кивает:
– Согласна, – шепчет мне в рот.
Напряжение скатывается с меня, и мы возвращаемся к поцелуям... Харлоу рукой блуждает по моему телу, поднимает рубашку, прикасается к моей коже, и все так чертовски великолепно ощущается. Я с трудом выношу это. Ее прикосновения посылают миллион крошечных электрических волн сквозь меня, раз за разом.
Ее трения о мою промежность болезненны, но приятны, и я хочу большего. Мне нужно взять ее.
Сейчас.
Поднимаю ее рубашку, ощущая гладкость живота на кончиках пальцев, и снимаю ее через голову. Отбрасываю в сторону, ее грудь практически готова вывалиться из черного кружева бюстгальтера, который сдерживает их. Смотрю на нее, ожидая согласия. Ее глаза говорят «да», поэтому продолжаю. Ее великолепные соски твердеют, чуть ли не умоляют о моем рте, что я и делаю. Один за другим, начинаю сосать их, гладить своим языком под стоны Харлоу. Ее руки все еще находятся над головой, но голова откинута назад, обнажая длинную шею. Я выпускаю сосок и начинаю атаковать ее шею, слизывая соль, пробую ее на вкус, желая больше.
– Я так долго ждал этого, Репка. Полтора года – это чертовски много без тебя.
Она смотрит в мои глаза соблазнительным взглядом, это самая сексуальная женщина, которую я когда-либо видел.
– Ну, тогда чего ты ждешь?
И это все, что было мне необходимо, чтобы наконец-то оказаться внутри того, что принадлежит мне. Она перевернула мой спокойный мир с ног на голову за считанные месяцы.
Приподнимаю ее, обхватив за задницу руками, стаскиваю шорты и добираюсь до черных трусиков. У меня было это раньше, но теперь все по-другому. Это не незнакомка, которую я собираюсь трахнуть, это девушка, которая правит моим миром.
Не знаю, как это делаю, но мне удается держать Харлоу одной рукой и медленно исследовать контуры ее уже мокрых трусиков другой. Уже предвижу, что под ними.
– Прикоснись ко мне, Круз. Я больше не могу этого терпеть. Мне нужно, чтобы ты прикоснулся ко мне.
Скольжу пальцами по подолу и чувствую ее влажность там, умоляющую меня, поэтому даю ей то, что она хочет, то, что ей нужно, то, что мне нужно.
– Боже, – она стонет, когда мои пальцы вторгаются в нее.
Ее хватка усиливается, меня это удивляет, потому что она такая маленькая. Я наблюдаю за ее лицом, увеличивая темп, и наблюдаю, как она пролетает через край, и это чертовски великолепно, и она моя.
Ее дыхание учащается, мои пальцы мокрые от ее освобождения, и теперь мне нужно оказаться в ней.
Сажусь в кресло, оставляя ее стоять голой под лунным светом, отражающимся от вод залива. Не думаю, что когда-либо видел что-нибудь такое же прекрасное в своей жизни. Ее идеальное лицо. Длинные волосы падают на плечи, закрывая контур ее великолепных сисек. Я медленно спускаю штаны, мой член выскакивает. Я тянусь за презервативом, надеваю его и опускаю малышку на себя без предупреждения. Жара, исходящая от ее киски, ее тела против моего, делает меня возбужденнее, чем когда-либо.
Потому что я чувствую. На этот раз что-то чувствую. Не желание свалить, как обычно, а какие-то другие вещи, связанные с ней, на которые я никогда не знал, что способен. Стараюсь не торопиться, Харлоу поднимается и падает на мой член. Медленно она принимает меня, дюйм за дюймом, но это чувство настолько великолепно, что я не уверен, что долго продержусь. Наши губы едва двигаются друг против друга, и звуки плоти против плоти смакуются, потому что я чувствую себя слишком хорошо и не хочу, чтобы это закончилось.
– Я скоро, Репка, держись за меня, хорошо?
Она кивает, не в состоянии говорить, и это то, что я считаю самым сексуальным. Харлоу даже не может говорить.
Поднимаю ее вверх и вниз на себе еще несколько раз, сжимая ее бедра, и разминаю кончиками пальцев ее кожу. Чувствую ее хрупкие косточки под своими ладонями.
Это ложь. Если память меня не подводит, я делал это, полтора года назад. Нельзя забыть что-то подобное. Харлоу падает на меня, и нет слов, есть только звуки глубокого дыхания, исходящие от нас обоих. Я прижимаю ее близко к себе, не желая отпускать... никогда.
– Я уезжаю в понедельник, – она говорит, заставляя меня хотеть обнять ее еще крепче.