– Мистер Круз, я знаю все о Вас. Ваша мать – наркоманка и проститутка. Ваш отец умер, когда Вам было два года. Откуда Вы, с какими людьми общаетесь. Вы живете в дерьме, выросли из дерьма. И пожалуйста, не утруждайте себя вопросами, откуда мне это известно. Только знайте, что информация точна и верна, так как у меня есть средства и связи, мистер Круз, и у меня свои пути. И видя выражение Вашего лица, догадываюсь, что моя внучка не в курсе?
Я киваю, пытаясь поднять голову, чтобы поискать Харлоу. Мне хочется, чтобы Репка прочла мои мысли и спасла меня от этой женщины.
– И что Вы хотите от меня? – говорю сквозь зубы.
– Я бы хотела, чтобы Вы держались от моей внучки подальше, настолько, насколько возможно. Она отличается от Вас, если Вы не успели заметить. Мы из разного теста. Харлоу ужасно... как Вам объяснить... она Вам не по зубам, скажем так.
Чувствую, как мой желудок сжимается. Я испытывал такое только несколько раз в жизни. Когда мама не приходила домой несколько дней подряд, когда мне было восемь лет, и когда я видел, как моих боевых друзей разрывало на кусочки. Эта миссис знает все обо мне, о моей жизни. И, черт, я должен был рассказать Харлоу всю правду о себе, о матери, но был так напуган. Зная ее сейчас и любя так сильно, я должен был быть честен с ней.
Я трус. Прибавьте к растущему списку вещи, которые я получу. Плохо или хорошо.
– Видите мистер Круз. Моя внучка выросла в достатке и с лучшими вещами, которых Вы не знали. Я имею ввиду, неужели Вы думали, что кружка или футболка – это достойный и подходящий подарок для такой девушки, как Харлоу?
Как она узнала о подарках?
– Ой, мистер Круз, не меняйтесь в лице. Моя Грета рассказала о подарках. Харлоу рассказала ей. Мистер Круз! – говорит мило и так искренне, – Но когда моя внучка устанет от умиления? Она другая, наша Харлоу, не думает о деньгах и власти, но глубоко внутри она похожа на нас, мой класс людей и ... Вы не принадлежите этому классу.
Я смотрю вперед, нахожу взглядом Харлоу. Она машет мне, когда видит, что я смотрю на нее.
– Как Вы сможете обеспечить ее? На зарплату полицейского? Девочка может притворяться и думать, что деньги не играют роли, но Харлоу молода, наивна, и Вы не в состоянии дать ей всего того, в чем она нуждается и хочет.
– Что Вы предлагаете? – спрашиваю серьезно.
– Закончите это сейчас. Пока ей не стало больно. Вы не принадлежите друг другу. Она принадлежит Чеду, всегда так было, с самого детства.
Голос Эвелин уже не такой теплый и дружелюбный. В нем нотка строгости.
– Харлоу и Чед подходят друг другу прекрасно. Вы – временное развлечение, пока у нее не откроются глаза, и она не увидит правды. Чед может дать ей все, в чем она нуждается, все, в чем ее сердце нуждается…
Я тяжело сглатываю и думаю над тем, что говорит эта снобка. Чувствую себя пьяным, и комната начинает вращаться у меня перед глазами.
– Правда в том, миссис Ханнум, что мы любим друг друга, и я знаю Харлоу. Она не гламурная и совсем не такая, как Вы говорите.
Миссис Ханнум откидывает свою голову назад и смеется:
– Ой, мой дорогой мальчик, Вы говорите так же, как и мой Джозеф, когда встретил мать Харлоу, эту потаскушку.
– Но ее родители были женаты несколько лет и казались счастливыми.
– Да, Джозеф всегда был бунтарем. Харлоу похожа на своего отца. Я не могла его остановить, и он сделал ошибку. Эта дрянь забеременела и появилась Грета. Вы – ошибка, мистер Круз. Я не желаю, чтобы моя внучка пошла по стопам отца.
Я выслушал достаточно этой херни, отчего становлюсь горячее и возбужденнее. Не позволю ей дразнить меня:
– Вы больная и извращенная старая сука, не так ли, леди? – поворачиваюсь и смотрю на нее, мои глаза блестят от ярости.
– Тс, тс, самообладание, самообладание, мистер Круз. Я не та, за кого Вы меня принимаете. Я та женщина, которая просто не позволит больше захламлять свою семью. Бросьте Харлоу! Окажите ей и себе услугу. Если нет, то я расскажу своей внучке всю правду о Вас и представлю доказательства. Тогда она возненавидит Вас еще больше. И я не хочу, чтобы Вас уволили из полиции Сэнди Коув за положительный тест на наркотики, не так ли?
Она точно чокнутая.
– Что? – спрашиваю смущенно.
– Я знаю многих, особенно в Сэнди Коув. И мне было бы крайне неприятно, если бы Вас заставили сдать мочу на анализ, и он бы пришел с положительным результатам. Или наркотики нашли бы в домике для отдыха. Это было бы трагедией. Я имею ввиду, что подумает бедный Портер о своем друге? Вы не можете рисковать этим.
Она придвигается ближе ко мне и вторгается в мое личное пространство, и я могу даже унюхать запах ее духов, и меня тошнит. Миссис Ханнум наклоняется к моему уху: