Когда никто не заговаривает, чтобы ответить ему, я оглядываюсь по сторонам. Кейт все еще плачет, а Фарли молча смотрит на нее. И Элли, и Гейл выглядят травмированными. Они обе были рабами гораздо дольше, чем я. Я думаю о том, как сильно я плакала, когда впервые попала сюда. В конце концов я ко всему привыкла. Я стала сильнее. Я смогу пережить это. Поэтому я с трудом сглатываю и смотрю на ожидающего инопланетянина.
— Мы не понимаем вас. Мы говорим по-английски.
Он наклоняет голову, и его рыбьи глаза фокусируются на мне.
— Анг-ий-сссски? — произносит он через мгновение. — По-англиссски?
— Да, — тупо говорю я. — По-английски.
— У васссс есссть размножающщщиеся сссамки, — комментирует он, тыча пистолетом в Харлоу. Она встает на ноги, слезы текут по ее веснушчатому лицу. — Береммменная?
Она кивает, шмыгая носом.
Я удивлена, что они проявляют нежность, когда надевают шоковый ошейник на ее тонкую шею, и даже не потрудились надеть его на Рухара. Я подозреваю, что он слишком мал, и мы все знаем, что он никуда не денется. Он цепляется за руку своей матери, когда они ведут ее на корабль.
Оранжевый инопланетянин поворачивается ко мне.
— Кто иззз нихх ее сссамец?
Он хочет знать, кто ее пара? Я колеблюсь, потому что не уверена, стоит ли мне выдавать такого рода информацию. С другой стороны, что это изменит? Нас уже захватили. Им должно быть все равно, если только они не хотят держать их вместе.
— Его зовут Рух. Я могу показать вам, кто он, если вы приведете меня к ним.
Другие женщины в ужасе смотрят на меня, как будто я только что согласилась отсосать нашим инопланетным похитителям. Неужели они не видят, что я делаю? Может быть, и нет. Мне придется объяснить позже. На данный момент важно, чтобы я сохранила их семью, если смогу.
Когда другой инопланетянин возвращается с рабским ошейником, они снова переговариваются на своем странном, скрипучем языке и указывают на меня. Я прижимаю руки к груди, дрожа и надеясь, что не испортила все Харлоу и Руху. Новый пришелец подходит ко мне и надевает на меня ошейник, в то время как я смиренно стою неподвижно, даже если желание убежать пронзает меня. По крайней мере, Саммер и Варрек не попали в плен. Боже, мне следовало пойти с ними во фруктовую пещеру, и меня бы сейчас здесь не было. Глупый Таушен должен был остаться с ними. Теперь он в такой же заднице, как и мы.
Оранжевый инопланетянин указывает на корабль.
— Ввнуттрь.
Я поднимаюсь по трапу, хотя мне кажется, что каждый шаг уводит меня от моей свободы. У меня в горле встает огромный ком, но я сдерживаю его. Или пытаюсь это сделать. По большей части у меня просто такой звук, будто я жалобно булькаю.
Инопланетянин ведет меня по коридору корабля, и я с трудом сглатываю при виде темной крови, забрызгавшей металлические стены. На полу есть старые, засохшие пятна, которые говорят мне о том, что это, вероятно, не было мирным захватом корабля. Я не знаю, как они нас нашли, но мне интересно, не продала ли нас старая команда. Но я думаю о Мёрдоке, который был взят в плен вместе с остальными мужчинами. Может быть, и нет. Может быть, все так ужасно, как кажется. Инопланетянин рядом со мной вскидывает оружие и нажимает кнопки на стенной панели, и дверь с шипением уходит в стену. Внутри находится потерявший сознание мужчина ша-кхаи — Харрек.
— Сссамец? — спрашивает меня инопланетянин. — Они пара?
— Нет, не этот, — говорю я ему, и тут мне в голову приходит идея. Если они хотят держать пар вместе… — Это самец очень высокой беловолосой самки. Она беременна его ребенком.
Он хмурится.
— Они пара? — повторяет он снова.
— Спаривающаяся пара, да. Очень совместимы. — Что еще ищут работорговцы в брачных парах? — У них родится много крепких детенышей. — Чтобы они все выросли рабами? Фу, мне противно даже предполагать такое, но я также знаю, что Кейт в ужасе за Харрека. Если бы я была на ее месте, я бы хотела быть со своим мужчиной. Так что… если я смогу повлиять на ситуацию, я попытаюсь.
Я имею в виду, черт возьми, хуже уже быть не может.
Инопланетянин пристально смотрит на меня, а затем выстукивает что-то на своем браслете. Мгновение спустя появляется новый инопланетянин, на этот раз без оружия, но в гладком темном боди, подчеркивающем их странную анатомию. Его грудная клетка выглядит усеченной, а тазовые кости выступают вперед, как у инопланетянина из «Тинкертоя» (прим. детский конструктор), который был странным образом собран вместе. Он что-то рявкает другому на их странном языке.
Мой спутник говорит, указывая на меня, затем на комнату, в которой заперт Харрек. Они оба смотрят на меня.