Однако Рокан считает так. Я держу эту мысль при себе.
— Ты не знаешь наверняка.
— Я знаю, что не готова резонировать ни с кем, — тихо говорит она, делая шаг вперед и сокращая расстояние между нами. Ее пристальный взгляд скользит по моему лицу, а затем снова останавливается на моих губах. — Но мне позволено флиртовать, если я захочу. Я тебе не принадлежу, Таушен. Ты мне также не отец.
— Я не хочу быть твоим отцом! — рычу я, вне себя от разочарования. Я так сильно нуждаюсь в ней, что мне больно, а она говорит о своем отце? — Я хочу быть твоей парой. Тем, кому достаются все твои прикосновения, все твои ласки. Единственным.
— Это так примитивно с твоей стороны, — выдыхает она, а затем хватает меня за гриву и притягивает к себе. Ее рот сталкивается с моим, а затем ее губы прижимаются к моим, и ее язык ищет вход в мой рот.
Я ошеломлен ее реакцией — я думал, она разозлилась на меня. Я думал, она ненавидит меня.
Но… ее губы на моих безумно сладкие и настойчивые, и я не могу сопротивляться. Я обхватываю ладонями ее лицо и отвечаю на поцелуй, вкладывая в него все свое разочарование и потребность. Пусть она увидит, как сильно я нуждаюсь в ней, как сильно я жажду ее прикосновений. Мой язык скользит по ее языку, и это лучшее ощущение в мире, уступающее только проникновению глубоко в ее влажное, гостеприимное влагалище.
Судя по тому, как она ахает в ответ, по тихим звукам, которые она издает, я готов поспорить, что она чувствует то же самое. Что это так же хорошо для нее, как и для меня. Ее губы отрываются от моих, и она счастливо вздыхает. Через мгновение она проводит рукой вниз по моей груди и ласкает мой член через кожаные одежды с гортанным смешком.
— Может быть, ты снимешь свои штаны и покажешь мне, что у тебя есть, а?
И снова я удивлен ее реакцией. Подумать только, она может быть такой страстной после того, как сказала мне, что не хочет моих прикосновений…
В моем сознании зарождается подозрение, и я думаю о дразнящих улыбках, которыми она одаривала других мужчин. Смех, когда она чего-то хочет. Я не обращал внимания, слишком отвлеченный ее поцелуем, чтобы вспомнить, был ли смех, которым она меня одарила, искренним или фальшивым.
— Ты делаешь это, потому что хочешь меня? — спрашиваю я, тяжело дыша от ее возбуждающих прикосновений. — Или потому, что ты хочешь, чтобы я что-то сделал для тебя?
Она ахает и отдергивает руку, как будто обжегшись, и в этот момент я понимаю, что совершил ошибку.
— Может быть, я просто хотела прикоснуться к тебе, придурок. — Брук выглядит обиженной, и у меня внутри все сжимается от боли при виде ее грустного выражения лица.
Я тянусь к ней.
— Тогда прикоснись ко мне.
— Нет! — кричит она, вырывая у меня свои руки. — Момент упущен. Ты убил его на корню. — Она отталкивает меня и делает шаг назад. — Так держать. Здесь я чувствовала себя одинокой и надеялась, что мы могли бы… — она качает головой. — Знаешь что? Ты мудак, и я надеюсь, ты будешь счастлив, что у тебя будет супер-стервозная спутница на ближайшее время, потому что это все, что ты получишь от меня.
Паника поднимается в моем сознании. Она прикасалась ко мне, потому что хотела меня? Не потому, что она хотела, чтобы я что-то сделал для нее? Она хотела спариться, а я оттолкнул ее?
Это моя вина, что я не доверяю себе. За то, что не представлял себе, что такая совершенная женщина действительно будет желать меня. Только не после того, через что мы прошли.
— Брук… Мне очень жаль.
— Уже слишком поздно извиняться. — Она потирает руки, выглядя маленькой, потерянной и обиженной. Я сделал это, и от осознания этого у меня внутри все переворачивается. Она отходит в сторону. — Не разговаривай со мной.
— Я совершил ошибку, — говорю я ей. — Я признаю это. Я не думал…
— Ты думал, я собираюсь откинуть волосы и отсосать тебе, чтобы получить то, что я хотела? Что это говорит о твоем мнении обо мне? — ее взгляд уничтожающий, и я со стыдом понимаю, что она права.
Я вел себя ужасно. Я оттолкнул ее, и на этот раз в этом нет ничьей вины, кроме моей собственной.
Глава 16
БРУК
К тому времени, когда наступает утро, я больше не сержусь. У меня было время обдумать ситуацию всю ночь, и я пришла к выводу, что, хотя обманом втянуть меня в квази-похищение было довольно своевольно и не круто… это также было действительно лестно.
Никто никогда не хотел меня так сильно. Всем моим бывшим бойфрендам, казалось, было наплевать, когда я с ними рассталась, как будто я была одноразовой. Мои отношения с семьей были не очень хорошими, и все мои дружеские отношения, казалось, сошли на нет после окончания средней школы, поскольку все они поступили в колледж, а я решила стать парикмахером. О, они по-прежнему звонили мне, когда им нужны были собутыльники на Марди Гра, но это не то же самое. Даже сейчас другие человеческие девушки, кажется, ближе друг к другу, чем ко мне. На самом деле меня это не слишком беспокоило, потому что в глубине души я независима и люблю заниматься своим делом.