Но… это действительно приятно — быть желанной.
Более того, приятно, когда кто-то так сильно хочет тебя, что готов рискнуть своей шеей ради меня.
Конечно, если бы я вернулась на Землю, а Таушен был парнем на одну ночь, который не оставлял бы меня в покое? Я бы вызвала полицию. Однако здесь все по-другому, и ша-кхаи мыслят не так, как люди. Я не могу мыслить как земной человек, когда речь заходит о Таушене. Все по-другому. Я родом из культуры, где женщины есть везде, и просто предполагается, что в конце концов ты остепенишься с подходящим парнем, выйдешь замуж и родишь несколько детей. Что вы с мужем будете работать, а потом будете проводить выходные, возя детей на футбольные тренировки и занимаясь стиркой. Еду покупают в продуктовом магазине, и самое трудное решение, которое вы принимаете по этому поводу, — хотите ли вы хлопья с медом и орехами или обычные.
Мир Таушена совсем другой. Если вы хотите есть, вы должны поймать свою еду, убить ее и сохранить. Вы должны сделать запасы и подготовиться к долгой зиме — жестокому сезону. Ты не можешь целыми днями валяться в постели и ничего не делать. И он вырос в племени, в котором на почти сорок мужчин приходилось всего четыре женщины. Пришло больше людей, но он все еще не нашел отклика, и не осталось ни одной незамужней женщины, которая могла бы составить ему пару. Чем больше я думаю об этом, тем больше убеждаюсь, что он был девственником, когда мы познакомились.
Короче говоря, Таушен понятия не имеет, как вести себя в отношениях. Я? Я привыкла к этим играм. Я привыкла притворяться незаинтересованной и не перезванивать парням по нескольку дней — или недель, — чтобы создать впечатление, что мне это не так уж и интересно. Я привыкла играть на этом поле. Больше всего я привыкла ни в ком не нуждаться, кроме самой себя. Если я не нравлюсь парню? Ну что ж, в море есть еще рыба. Но у бедного Таушена нет такого выбора. Неудивительно, что он чувствует отчаяние, когда смотрит на меня. Я единственная незамужняя девушка. Что ж, до завтрашнего дня я единственная незамужняя девушка, так как я почти уверена, что Саммер сейчас встречается с Варреком. Однако завтра проснутся еще шестнадцать женщин. Может быть, если бы у нас не было секса, Таушен перенес бы свою привязанность на кого-нибудь из них.
Проблема в том, что у нас действительно был секс. Я не знаю, как распутать узел, в котором мы оказались.
Мне нравится Таушен. Он мне очень нравится. У него милая натура, и под этой хмурой внешностью скрывается золотое сердце. Он заботливый. Это очевидно по тому, сколько раз он просыпался прошлой ночью, чтобы подбросить дров в огонь, и как он следил за тем, чтобы у меня было достаточно мехов для комфортного сна, даже если я с ним не разговаривала. Как он развешивал мои ботинки, чтобы они как следует высохли, и регулярно проверял их в течение ночи, переворачивая, чтобы они не подгорели. Как он проснулся сегодня очень рано, чтобы разжечь костер, заварить чай и принести свежее мясо, которое он жарит даже сейчас.
Если бы он был придурком, то не стал бы утруждаться. За свою жизнь я встречалась со многими придурками. Я могу заметить их за милю. Таушен… анти-придурок. Может быть, именно поэтому мне так трудно понять, как вести себя с ним. Если бы он был одним из тех, кто говорит «Привет, детка, я позвоню тебе позже», я бы знала, к какой ментальной категории его отнести, и не стала бы думать дважды. Но он не такой. Он просто наблюдает за мной издалека, и в его глазах отражается сердце, и ясно, что он страдает из-за того, что я расстроена.
И даже несмотря на то, что я хочу злиться… Я не могу. Я не могу продолжать злиться, но в то же время я не могу полностью забыть все, через что мы прошли. Начиная с той ночи, когда нас вместе заперли в каюте, и заканчивая веселыми разговорами, которые мы вели вчера на прогулке, я слишком сильно привязана к Таушену, чтобы отвергать его и быть врагами.
Хотя немного проблематично, насколько сильно я ему нравлюсь. Он не хочет, чтобы я резонировала с кем-то еще. Он думает обо мне как о своей паре. Я знаю, что отчасти это его наивность, а отчасти тот факт, что вокруг не было других одиноких женщин, на которых он мог бы сосредоточиться.
И ладно, отчасти это потому, что я посылаю ему совершенно противоречивые сигналы. У нас был секс, который мне полностью понравился, но после него я сделала вид, будто ничего важного не произошло. Это должно сбивать с толку парня, который никогда не занимался сексом и, вероятно, даже не слышал о понятии «секс на одну ночь». Что еще хуже, все то, что он говорил мне прошлой ночью о том, как сильно он хотел меня?