У нас есть вся остальная жизнь, чтобы исследовать все остальное.
— Готов? — шепчу я ему и снова беру его за руку. Наши губы встречаются в нежном поцелуе, и он кивает.
Идеальный.
— Вставай, — говорю я ему, и когда он это делает, я понимаю, что он слишком высокий. Его член идеальной высоты для моего рта, но не для моей груди. Я оглядываю пещеру, а затем хватаю ближайший табурет, усаживаюсь на него и подтягиваю его вперед. На этот раз мой рост идеален, и я обхватываю свои груди, образуя между ними узкую ложбинку. Я смотрю на него снизу вверх, улыбаясь. — Дай мне свой член, Таушен.
Он стонет, и его рука ложится мне на плечо, когда он делает шаг вперед. Нам обоим приходится немного маневрировать, но я отказываюсь чувствовать себя неловко. Я люблю его. Он любит меня. Ничто из того, что мы делаем вместе, не является странным. Его хвост обвивается вокруг моего плеча, а затем он просовывает свой член между моих грудей. Он толкается один раз, и я сжимаю свои груди крепче, пытаясь создать для него правильные ощущения.
— Невероятно, — выдыхает Таушен, и выражение экстаза на его лице того стоит. Это стоит всего.
— Я хотела сделать это для тебя, — говорю я ему. — Потому что теперь, когда ты снова посмотришь на мои сиськи, ты будешь вспоминать об этом.
Он снова стонет и снова толкается между моих грудей. Он задает ритм, медленный и дразнящий, и я зачарованно наблюдаю, как головка его члена входит и выходит между моих грудей, соблазнительно близко ко рту. Лосьон обеспечил достаточное количество смазки, так что мы оба скользкие в наилучшем смысле этого слова, хотя я снова становлюсь влажной и возбужденной. Двигаясь, он наклоняется и начинает играть с моими сосками, и тогда я тоже схожу с ума.
К тому времени, как он кончает, я превращаюсь в задыхающееся, нуждающееся месиво. Мне все равно, что он кончает мне на грудь, окрашивая ее своим освобождением. Я просто хочу от него большего. Когда у него перехватывает дыхание, он хватает свою тунику и вытирает мою кожу, и ему требуется мгновение, чтобы понять, что я раскраснелась от желания и тяжело дышу.
Ему требуется около двух секунд, чтобы опрокинуть меня на спину и снова уткнуться лицом мне между ног. Мне тоже не требуется много времени, чтобы кончить снова. Я выкрикиваю его имя, пока он лихорадочно лижет меня, и к тому времени, когда мы оба насыщаемся, я чувствую себя потной, немного липкой, и я почти уверена, что мои волосы жирные от лосьона.
Он прижимает меня к себе, кутаясь в меха, и притягивает меня к себе подбородком, запечатлевая поцелуй на моем лбу. Его хвост скользит по моему бедру, крепко прижимая меня к себе.
— Думаю, нам стоит снова сходить утром в ручей для купания.
Я хихикаю.
— Думаю, ты прав.
Глава 25
ТАУШЕН
Моя пара. Я с трудом верю, что это реально.
Я так долго мечтал об этом, что не знаю, что и думать. Какая-то маленькая часть меня боится, что я проснусь и обнаружу, что все это сон… поэтому я не ложусь спать. Я крепко обнимаю свою пару и вдыхаю ее запах, пока она спит. Я убираю волосы с ее лица и наблюдаю за ней. Я хочу снова слиться с ней, но ей нужен отдых.
У меня еще будет время, должен напомнить я себе. Трудно так думать, когда я чувствую, как каждое мгновение ускользает у меня между пальцев. Я испытываю такую радость от того, что Брук моя… и тут я вспоминаю, что она предназначена для того, чтобы резонировать с другим человеком.
Она хочет отправиться к океану, присоединиться к остальным.
Если я отведу ее туда, она найдет отклик у кого-нибудь из других мужчин. Я должен сказать ей, но она рассердится, что я скрыл от нее это. Но как я могу солгать? Больше всего на свете я хочу, чтобы она была счастлива, но мысль о том, что другой мужчина прикоснется к ней, о том, что она перейдет от моих мехов к чужим, сводит меня с ума от ревности.
Я прижимаю ее к себе и прижимаюсь губами к ее гриве.
Возможно, я поведу ее… окольным путем, чтобы у нас было больше времени побыть вместе. Дам себе больше времени, чтобы придумать какой-нибудь альтернативный план.
Она просыпается где-то после рассвета, и я грею для нее воду, чтобы мы могли искупаться. Ручей идеален, но он также слишком далеко, и она хочет привести себя в порядок, прежде чем мы отправимся в путь. Итак, мы моемся у огня, и я стараюсь не пялиться, как она проводит намыленным кусочком кожи между грудями, между которыми я тер свой член прошлой ночью. Это было такое странное, но приятное занятие. Она права; каждый раз, когда она проходит мимо и ее груди покачиваются, я представляю, как она лежит подо мной, обхватывая ими мой член, когда я проталкиваюсь между скользких холмиков.