— Что это, черт возьми, такое?
— Краулер, — просто говорит он. — Хар-лоу и Рух называют их песчаными скорпионами.
— Это отвратительно. Это выглядит так, как будто краб и монстр спарились, и у них родился длинноногий ребенок.
— Это хорошая еда. Ты голодна?
— Фуууу, нет.
Я прижимаюсь лицом к его шее и вздрагиваю. Он гладит меня по спине, посмеиваясь.
— Они не причинят тебе вреда, моя пара. Это я обещаю.
— Ложь, — решительно говорю я ему, но позволяю ему снова опустить меня на землю. Я думаю, это будет выглядеть плохо, если ему придется нести меня, как принцессу, по песку, чтобы познакомить с остальными. Однако я испытываю облегчение, когда его пальцы переплетаются с моими. Просто держа его за руку, я чувствую себя лучше.
— Здесь есть много странных на вид блюд, — говорит он мне, пока мы пробираемся по песку. — Я приготовлю тебе из них что-нибудь позже.
— Не могу дождаться, — сухо говорю я. — Итак, где находятся пещеры?
— За поворотом, — объясняет он, указывая на скалистые утесы вдалеке.
Как будто кто-то еще может слышать наш разговор, появляется фигура, одиноко прогуливающаяся по пляжу. Она покрыта густым мехом, но форма безошибочно человеческая, и когда женщина поворачивается навстречу ветру, я отчетливо вижу выпирающий беременный живот под слоями одежды.
— Это Харлоу, — говорю я Таушену и взволнованно машу ей свободной рукой. — В конце концов, они здесь. Они не ушли. — Я снова оглядываюсь по сторонам. — Но я не вижу корабля.
— Может быть, они уже уничтожили его. — В голосе Таушена нет грусти по этому поводу. Я думаю, для него это просто еще одна угроза.
Мы направляемся вперед, к кромке воды, чтобы поприветствовать Харлоу. Я снова машу, но когда она не машет в ответ, я начинаю чувствовать себя немного странно.
Когда мы подходим ближе, я понимаю, что эта женщина не Харлоу.
Это совершенно другая беременная женщина.
Озадаченная, я бросаю взгляд на Таушена, затем снова поворачиваюсь к женщине, к которой мы приближаемся. Определенно не Харлоу. У нее нет ни ярко-рыжих волос, ни хрупкого телосложения. У этой женщины темные волосы, заплетенные в две косички, и округлое лицо. Она потирает рукой живот и бросает на нас настороженный взгляд, когда мы приближаемся, как будто готова сбежать.
— Привет, — окликаю я, не уверенная, что и думать. — Ты ведь из племени, не так ли?
Она колеблется, оглядывается назад, а затем кивает.
— Вы, должно быть, Таушен и Бу-Брук. — Ее взгляд останавливается на моих выцветающих розовых волосах.
— Э-э, да. Ты можешь называть меня Брук.
Неохотная улыбка появляется на ее лице. Она на несколько лет старше меня, но ненамного, и у нее симпатичная щель между передними зубами. У нее хорошее лицо, дружелюбное.
— Брук? Это кажется более вероятным. Я Энджи. — Она прикладывает руку к пояснице и немного потягивается. — Приятно с вами познакомиться.
— Извини, я знаю, что невежливо поднимать этот вопрос, но… ты уже нашла отклик? — Я не могу удержаться, чтобы не спросить, прикладывая руку к своему плоскому животу. — С кем?
Выражение ее лица становится печальным, и она убирает с лица выбившуюся прядь волос, прежде чем отвести взгляд.
— Никакого резонанса. Этот ребенок был со мной, когда я проснулась. — И она снова потирает свой живот. — Что касается его отца… Я не знаю, кем — или чем — он был.
О нет.
Глава 27
ТАУШЕН
Человек по имени Эн-ши почти не говорит, пока ведет нас через пляж. Не то чтобы мне нужен был проводник; я много раз бывал на этих берегах со своим племенем. Но она, кажется, считает, что это ее задача, поэтому я позволяю ей. Моя Брук обеспокоена беременным животом Эн-ши и бросает на меня обеспокоенные взгляды. Я волнуюсь меньше, чем она. Если у Эн-ши нет пары, который мог бы прокормить ее и ее детенышей, племя поможет. Все комплекты приветствуются среди нас и ценятся всеми.
Когда мы приближаемся, я вижу скопления людей на самом пляже. Кэшол забрасывает сети в воду, разговаривая с парой самцов, которые поразительно похожи друг на друга. Их кожа имеет красноватый оттенок, из-за чего синева их кхая кажется намного ярче на их лицах. Значит, они бодрствовали уже некоторое время, если племя охотилось для них на са-кoхчка. Обычно мне было бы грустно пропускать такую захватывающую охоту, но я был со своей Брук. Ничто не может быть лучше этого.