Вчера, 21 октября 2020 года, в 18.00 в храм пришел неизвестный мужчина, который сказал, что в 2005 году был прихожанином нашего храма, что мы с ним знакомы, и что ему нужно срочно поговорить с батюшкой. Так как шло богослужение, то я предложил ему зайти в храм и там подождать священника. Он сначала отказался, говоря, что совершил великий грех. Но потом зашёл в церковь и стал мешать богослужению: он плакал и громко кричал, и его попросили покинуть помещение. Он вышел на паперть и там продолжал плакать и кричать, стоя на коленях. После службы он сильно напугал жену священника, матушку Лидию. Когда она выходила из храма, мужчина бросился ей под ноги со словами: «Прости, Лида, я осквернил наш брак» и «Где теперь наша дочь?», хотя она никогда его до этого не видела. Никто из прихожан его не признал, а батюшка сказал, что он обманщик и провокатор. Чтобы прекратить безобразие, нам пришлось применить силу и удалить его с территории храма. Однако он не уходил, а сел у церковных ворот и стал хулиганить (пел 50-й псалом и посыпал голову песком). Отец-настоятель приказал нам следить за ним, чтобы чего не натворил, но он куда-то делся. В 24.00, совершая ночной обход, мы обнаружили пропажу пожарного инвентаря: кирки и лопаты. А утром, после открытия ворот, мы заметили холмик земли с правой стороны забора, а на нем кирку и лопату, связанные в виде креста. Мы пошли забрать их и увидели выкопанную под забором небольшую яму. В ней лежал вчерашний провокатор. Сначала мы подумали, что он спит, и попробовали его разбудить, но он уже не дышал.
Подпись свидетеля: Доронин П.А.»
Человек в белом халате и с медицинской маской, болтающейся на правом ухе, закрыл папку, положил ее в стопку бумаг на угол стола и закурил.
— Ну вот, собственно, и всё, что нам о нём известно. Тот ли он, за кого себя выдавал, сказать трудно. Родственников его мы не нашли, в полицейских, медицинских, банковских базах он не значится. Капитан Немо какой-то, да и только, — усмехнулся человек, выпуская струю дыма из ноздрей. — Сорок дней прошло, а за трупом так никто и не обратился. Честно говоря, думал уже в крематорий отправить, — текучка, знаете ли, — виновато пожал он плечами и задумчиво посмотрел в сторону.
— Видите ли, за свои почти четверть века работы патологоанатомом я повидал немало трупов… простите, — умерших без биографии. Но каждого, поверьте, каждого кто-нибудь да знал; у каждого находились если не родственники, то друзья, собутыльники; каждый засветился хоть раз в полицейских сводках или в отчетах социальных служб. То есть, у каждого была своя, пусть мизерная, на лист бумаги, но — история. И, поверьте, среди них про Гегеля никто слыхом не слыхивал, а уж библейские тексты наизусть цитировать — тем более! Я — вы меня извините! — поинтересовался, по личным каналам, так сказать. Так вот… Этот Величко не просто хулиганил в университете, он действительно читал лекцию по немецкой философии — это подтверждает преподавательница, принявшая его за конкурента. А Библия, церковнославянский? Я как-то попробовал Отче наш выучить (супруга, знаете ли…), так меня кроме как на «иже еси на небеси» не хватило. А я, извините, медицинский диплом не в метро купил. И никто! Нигде! Ни-че-го! Как?! Не понимаю! — развел руками человек в халате и стряхнул пепел мимо пепельницы в виде черепа. Помолчав немного, продолжил:
— И ладно бы он память потерял, так ведь нет: он-то всё и всех помнит, но про него почему-то — забыли! Это что, амнезия наоборот? Я такого не встречал. Честно говоря, ему не позавидуешь: уж лучше память потерять, за тобой хоть близкие или врачи ухаживать будут. А если как он: в университете дураком обозвали, из церкви — выгнали, самый близкий человек (он ведь так думал, представляете?) — отказался. Тут-то и подумаешь, живой ты или тебя уже нет.
Человек в халате затушил окурок и, стряхнувши ладонью пепел со стола, достал чистый бланк и стал заполнять его размашистым медицинским почерком.
— Где, говорите, его похоронят? В той могиле, которую он для себя выкопал? Ну, хоть за это спасибо отцу Михаилу, не зря старался, бедолага, — вздохнул человек, и поставил в углу бланка квадратную печать с данными городского морга.
— А вообще, — спустив очки на переносицу, тепло посмотрел он на сидевшего у дверей посетителя, — это хорошо, что вы пришли. Знаете, даже у того, кто умирает под забором должен быть тот, кто проводит его в последний путь.
Человек в халате поднялся из-за стола и, протянув заполненный бланк посетителю, поинтересовался:
— Прошу прощения, а вы какую организацию представляете?
— Я по приглашению.