- Он тебе понравился, мам?
- Но ты же нас даже не познакомила.
- Да? - удивилась Катя. - Это Тимофей Сазонов, замечательный модельер... Она опять захлюпала носом.
- Если замечательный - вернется. А что это ты делаешь? - Взгляд Марии Александровны упал на стол, где лежала новая раскроенная юбка.
- Крою юбку.
- Ты же недавно себе сшила одну, - удивилась мать.
- Да знаешь, мам... - Катя опустила глаза. - Не понравилась она мне.
- Что значит - не понравилась? И куда же ты ее дела?
- Выкинула в мусорное ведро.
Мария Александровна молча опустилась на диван... С ума сойти! Она ничего не понимает в современной молодежи.
Катерина с того дня не видела Тимофея Сазонова. После памятного разговора парень куда-то исчез.
- Говорят, отпуск за свой счет взял, - шепнула ей на ушко Тамара.
Действительно, возле Дома моды его светлая иномарка больше не стояла.
И еще: о связи Сазонова с Садчиковой в Доме моды "Подмосковье" говорили как о свершившемся событии.
Катерина шла по улице, еле передвигая ноги. Воспоминание о недавней ссоре с Тимофеем отняло последние силы.
Сама во всем виновата. Нельзя было его размазней называть - мужчины такого не прощают. Как глупо все, корила себя девушка. Каждый вечер ждала, что он появится, но Тим не приезжал.
Катя свернула в свой двор и едва не подпрыгнула от радости: во дворе стояла светлая иномарка Сазонова. Царева, с трудом сдерживая себя, чтобы не побежать, торопливо зашагала к ней. Она уже открыла рот, чтобы окликнуть Тима, как вдруг увидела, что из машины вылезает совершенно незнакомый парень.
Катя застыла как вкопанная. "Это к внучке противной соседки приятель приехал", - поняла она. И опустила голову.
Ну и пусть, проживет и без него! Придя домой, Катя швырнула в холодильник оказавшуюся ненужной колбасу и опустилась на стул. Зверский аппетит, который она испытывала совсем недавно, пропал начисто.
Катя вдруг осознала, что не сможет больше работать в Доме моды "Подмосковье"... Не сможет, и все тут! Ни на один день там не останется.
Она с тоской обвела глазами комнату: "А лучше всего уехать отсюда куда-нибудь, хоть ненадолго".
Глава 18
- Тимофей, миленький, ну что же мне делать?! - Галина Петровна Панина смотрела на Сазонова умоляющим взглядом. - Нинка, зараза, такой вой подняла никуда устроиться не могу! Ты-то знаешь, что Пономарева никакого отношения к трикотажной коллекции не имеет.
- Знаю, - вздохнул Тимофей.
Он не любил склок, старался обойти их десятой дорогой, но жизнь постоянно преподносила ему сюрпризы... Может, Катя права - он действительно боится самостоятельности? При воспоминании о Царевой настроение окончательно испортилось.
Панина продолжала твердить о своем: о том, что до решения суда ни о каком более-менее приличном месте ей и мечтать не приходится...
- А когда он будет, этот суд? Есть-пить каждый день надо. Звали тут в одну фирму, но там еще хуже, чем у Нинки. Все стараются из нас соки выжать, жаловалась Панина.
- Что я могу сделать? - спросил наконец Сазонов.
- Замолви за меня словечко Иде Садчиковой: у нее фабрика "Русская вышивка" - может, возьмет к себе? Я работы не боюсь. Слышала, там и оборудование импортное поставили, и...
- Почему вы думаете, что Ида меня послушает?
- Ну как же! - оживилась Панина. - Все говорят, что у вас хорошие... отношения, - с заминкой выговорила Галина Петровна.
Тимофей ошеломленно уставился на нее: как он об этом не подумал?! Так вот почему Катюша...
- Ох, от этих сплетен с ума сойдешь.
- А что, разве вы не... - Взгляд Паниной погас.
- Нет! - буркнул Тимофей.
- Я-то думала, - протянула разочарованно трикотажница.
Сазонов посмотрел на совсем сникшую женщину - и вдруг улыбнулся:
- Галина Петровна, вы - умница! Идея с фабрикой "Русская вышивка" просто превосходная! Как я сам не догадался? Чтобы возобновить там трикотажную коллекцию, требуются не слишком большие затраты.
- А владелица на это пойдет? - осторожно спросила Галина Петровна.
- Куда она денется! - весело воскликнул Тимофей. - Сейчас же едем к Иде...
Панина, уже усаживаясь в машину, все еще не могла прийти в себя.
- Мне бы только начать, - лепетала она. - Все сама сделаю, все. Сколько на эту бессовестную мерзавку пахала... - Неожиданно женщина заплакала.
- Вы что? - удивился Тимофей.
- От радости, - всхлипнула она. - Уже во всем разуверилась. Думаю: как дальше жить, если кругом одни Нинки Пономаревы? Мы горб гнем, глаза ломаем, а они все под себя загребают. Ты не думай, я все отработаю! Ида твоя жалеть не будет, если меня к себе возьмет.
- Да не моя она вовсе!..
У Садчиковой Сазонов застал Витюшу. По радостному виду Иды было понятно, что у молодой женщины в личном плане все в порядке.
Парфенов, увидев рядом с приятелем незнакомую даму, опешил.
- Ты кого привез? - спросил он, вызвав Тимофея на кухню.
- Не кого, а что. Считай, мешок долларей прямо на дороге подобрал, понял?
Когда Сазонов рассказал приятелю о возможности возобновить трикотажную коллекцию на фабрике "Русская вышивка", Витюша от радости заорал по своей привычке как оглашенный:
- Старик, это шанс! - Он возбужденно хлопал Тимофея по плечу. - Тут такое дело можно развернуть - ахнешь! Трикотаж всегда будет востребован. А я голову ломаю над светлыми перспективами...
Парфенов внезапно стих.
- Тетка-то она нормальная? - Он кивнул в сторону комнаты, где Галина Петровна беседовала с Идой.
- Нормальная... Пономарева совсем ее обобрала, копейки заплатила.
Сазонов несколько минут безуспешно нажимал на кнопку дверного звонка.
С площадки первого этажа поднималась пожилая соседка. Тимофей узнал ее: именно она видела их вместе с Катей в день похорон Наташи Богдановой. Катюша тогда еще заговорщическим шепотом назвала ее старой сплетницей.
- Нет ее, уехала, - с ехидной улыбочкой произнесла соседка.
У Сазонова упало сердце.
- Куда?
- Мне не докладывают.
- Давно?
Тетка пожала плечами:
- Я ни за кем не слежу, молодой человек.
Глава 19
Катя уже неделю жила в Москве.
Все внезапно устроилось как бы само собой. Когда несколько дней назад она сидела и плакала от отчаянья, к ней заглянула тетя Нина. Катя рассказала о своих переживаниях: надо же было хоть кому-то все рассказать!
- Нужно сменить обстановку, - сделала вывод тетя Нина. - Я вот что предлагаю...
В столице у соседки жила пожилая родственница, которую тетя Нина время от времени навещала.
- Старуха она с характером, но не вредная. Ее, как и тебя, Катериной зовут. Поезжай в Москву, поживи у нее. С матерью я все улажу, не переживай. А на работе заявление за свой счет напиши - перебьются! Осмотрись. Уволиться всегда успеешь.
Тетя Нина тут же позвонила родственнице, и вопрос быстро решился.
Старая Катерина появлению тезки обрадовалась. Поначалу встретила девушку сдержанно, но потом Катя случайно услышала, как старушка говорила тете Нине по телефону:
- Слава тебе, Господи, есть хоть теперь кому в магазин сходить, а то тебя не дозовешься в гости. Хорошая девчонка!..
...Царева, сидя за столом, еще раз перечитала газетное объявление рекламу модельного агентства "Лотос". Никогда бы не решилась на подобный шаг еще раз, если бы не обстоятельства.
Неужели, как и в прошлый раз в агентстве "Ангел", ее ждет какая-нибудь гадость? Тимофей сказал... Она вскочила со стула. Тимофей, Тимофей - где он, этот Тимофей? Ее проблемы никто не решит.
Катя кружила по комнате... В конце концов, чем она рискует, позвонив в "Лотос"? Если почувствует что-то неладное, сразу уйдет. Никто ее насильно никуда не потащит.
Она вспомнила о визитке Ильи Садчикова - может, туда податься? Большой торговый дом все-таки, подумала девушка. И тут же отбросила эту мысль. Никаких Садчиковых!
Еще была главная редакторша журнала "Магия моды", которая тоже вроде бы намекала о возможности получить работу. Но Катя наслушалась сплетен, ходивших про Эллу Борисовну Хрусталеву. "У дамочки нетрадиционная сексуальная ориентация. - Это Тамара говорила. - Когда-нибудь мадам втюхается в историю, помяни мое слово".