Я вспомнила, как здорово мне было в детстве и как спокойно и весело мы играли с девчонками во дворе. Мы прыгали в классики и бегали до упаду. Мой первый велосипед. Мой первый танец. Мой первый поцелуй… Все-все, что было со мной за последние двадцать пять лет, в одно мгновение всплыло в памяти. Все это возникло как-то единовременно, как знание.
Я вспомнила школу, провинцию, свою первую учительницу, несносных мальчишек из класса и переезд в Москву. Наше первое Общество добрых дел. Кена и Сергея.
– Неужели это конец? – спросила я старичка, повернувшись к нему. – Неужели вот так все заканчивается? Тогда для чего это все было? В чем был смысл?
– А ты сама-то как думаешь? – еще раз задал он мне свой вопрос.
– Я не знаю… я что, как-то не так жила?
Старичок усмехнулся. Я продолжила:
– Или я сделала все, что могла, и больше не нужна в этом мире?
Николай Петрович опять усмехнулся.
– Может быть, я выполнила свою миссию? Но какую? Я ничего не понимаю… помогите мне, Николай Петрович.
– На твой вопрос нет ответа, дорогая моя. Ты сама делаешь свой выбор. Прямо сейчас ты можешь его сделать.
– Как это? – не поняла я.
– Когда-то давно, когда ты еще не родилась, ты сделала свой выбор, выбрала свою жизнь. Мы все выбираем ту жизнь, которую будем проживать. Мы выбираем наших друзей, мы выбираем родителей, врагов и учителей, внешний вид, состояние здоровья… мы выбираем все до мелочей. Понимаешь?
– И я выбрала умереть так рано? – спросила я.
– Не все так просто… ты оставила себе выбор на будущее. Знаешь, мы всегда, почти всегда тщательно выбираем себе все: с момента рождения и до самой смерти. Мы делаем это каждый раз, когда решаем прийти в материальный мир. Мы досконально продумываем свои задачи и хорошенько готовимся к путешествию.
– То есть вы хотите сказать, что нож в горло от рук Вадима – это я сама себе такое выбрала?
– Безусловно. В материальном мире мы не выбираем, мы живем так, как продумали до этого. Или выбираем, но только из тех вариантов, которые опять же продумали и выбрали до рождения. Наша судьба, если можно так назвать наш выбор, она ведь не просто плоская линия жизни. Мы выбираем себе жизнь, а значит, в нашем распоряжении – целый набор вариантов! И что именно делать с этим набором, ты должна решить сама! Именно ты, и никто другой!
Представь себе огромное множество пересекающихся линий, кривых, прямых… любых. Везде, где есть точки пересечений этих линий, есть возможность перейти с одной линии на другую. Именно поэтому в материальном мире у нас есть иллюзия, что мы можем что-то менять. На самом деле мы лишь можем переходить с одной линии на другую, делая выбор из ограниченного числа заранее установленных вариантов.
Но так, как сделала ты, никто не делает. До этого никто не делал!
– И что я такого сделала?
– Ты решила оставить себе свободу выбора в материальном мире.
– Что это значит?
– Сейчас ты можешь закончить свой материальный путь – или продолжить его. Ты дала себе возможность принять это решение, будучи в полной памяти о своей нынешней жизни.
– И зачем я это сделала? – спросила я.
– Ты всегда была экспериментатором! – засмеялся Николай Петрович.
– Не поняла, я сделала это просто так, из любопытства?
– Я точно не знаю, что тобой двигало – может быть, любопытство, а может быть, какой-то более глубокий умысел. Об этом знаешь только ты. Я всего лишь проводник.
– И что же мне теперь делать? – Я была растеряна.
– Просто сделай свой выбор. Только сделай его осознанно, не спеши с решением. У тебя есть не очень много времени, но оно есть. Загляни вглубь себя, постарайся понять, что есть для тебя твоя жизнь и этот выбор.
– А что случится, если я выберу остаться? – поинтересовалась я. – Вы знаете, что будет со мной дальше?
– Этого я тебе сказать не могу. Возможно, именно поэтому ты и решила перенести этот выбор в это время и место.
– А что будет, если я решу умереть?
– И этого я тебе сказать не имею права.
– Как же я должна делать выбор, если мне неизвестно, к чему приведет мой выбор?! – в отчаянии спросила я.
– Загляни в себя…
Я еще какое-то время смотрела на падающие снежинки и размышляла… Хотя размышлением это сложно назвать. Не было мыслей, и не было каких-то логических «а если это, тогда то». В голове царила тишина и спокойствие. Я понятия не имела, что мне следует выбрать!
И самое странное, не было чувства, что я что-то теряю и надо срочно все вернуть. Даже наоборот, чем дольше я сидела на лавочке, тем отстраненнее я чувствовала себя по отношению к самой же себе. Как будто все то, что происходило со мной до этого, все эти годы, все те события, прокручивали передо мной так, как обычно делают в кино, как фильм. Он идет фоном… и он продолжает идти, а я здесь, на этой лавочке.