— Ты уверена? Может, я подожду с тобой, — предложил он, ощущая лёгкую тревогу.
Татьяна посмотрела на него и мягко улыбнулась.
— Папа, поезжай, — сказала она, стараясь держать голос спокойным. — Ведь меня никто не украдёт, — она засмеялась, пытаясь развеять напряжение. — Всё будет хорошо, не переживай.
Она знала, что отец очень беспокоится, но понимала, что ему нужно вернуться к своим делам. Он был человеком, который не мог оставить дела в стороне. Она не могла не заметить, как его лицо слегка расслабилось, услышав её слова. В какой-то момент он просто кивнул и сказал:
— Ладно, доченька. Будь осторожна, и звони мне, если что-то будет не так.
Николай вынул её чемодан из багажника и поцеловал в лоб, прежде чем уехать на встречу с подрядчиком, оставив её одну на привокзальной площади. Татьяна стояла у Минского железнодорожного вокзала, ощущая, как её сердце всё ещё бешено стучит. Вокруг был обычный, ничем не примечательный день. По обеим сторонам площади тянулись здания с обветшалыми фасадами и торговые центры, суета на площади, люди спешили по своим делам, каждый казался поглощённым собственной жизнью. Везде – рекламные щиты, вывески с названиями магазинов, где продавались диковинные товары, и дороги, за которыми начиналась жизнь большого города.
Площадь у вокзала была довольно просторной, украшенная клумбами. В углу стоял памятник, как напоминание о прошлом, и тут же проезжала городская маршрутка. Она осматривала это место, пытаясь ощутить себя здесь, в этом городе, на пороге чего-то огромного и неизвестного. Татьяна почувствовала, как легко и непринужденно она выделяется на этом фоне. Всё вокруг было её противоположностью, словно она уже не принадлежала этому миру. Всё, что ей нужно было, — это дождаться такси, и тогда её жизнь изменится.
Татьяна думала о Париже, как о далёкой и магической цели. В её голове прокручивались кадры подиумов, огромных залов с дизайнерами, их яркими нарядами и огромными зеркалами. Татьяна представляла, как она выходит на сцену в дорогих платьях, свет прожекторов отражается в её глазе, и в зале раздаются аплодисменты.
— «Вот она, моя жизнь. Моя мечта. Париж!» — думала она, мечтая о том, чтобы этот момент стал реальностью.
Она уже почти не заметила, как время пролетело, и когда почувствовала лёгкий ветерок, касающийся её лица, поняла, что её мысли поглотили всё вокруг. Вдруг её телефон зазвонил, и она вздрогнула от неожиданности. На экране высветился номер из агентства. Татьяна с волнением ответила.
— Здравствуйте, это Татьяна Ковальчук. Да, я вас жду…
Всё, она была готова. Весь мир, как бы странно это ни звучало, теперь был перед ней.
Когда она, поглощённая своими мыслями о Париже, её внимание привлек странный звук — низкий рев двигателя. Она оглянулась и увидела, как к вокзалу подъезжает черный микроавтобус марки Mercedes с тонированными стеклами. Она ожидаемо прищурила глаза, пытаясь разглядеть, кто в нём сидит, но через тёмные стекла было невозможно что-либо увидеть.
— «Странно», — подумала Татьяна, чувствуя лёгкую тревогу. Она ожидала, что за ней приедет обычное такси, лёгкий автомобиль, как это принято в цивилизованных странах, но этот микроавтобус казался слишком массивным и неприглядным для делового агентства, как она считала.
Тем не менее, она решила не зацикливаться на этом.
— «Ладно, микроавтобус так микроавтобус» — промелькнула мысль. Сказав себе, что, возможно, это просто особенность работы агентства, Татьяна немного успокоилась.
Как только автомобиль остановился, из него вышел мужчина. Татьяна ожидала увидеть водителя, который, по её мнению, должен был бы выглядеть как-то по-другому — возможно, в строгом костюме, с аккуратно зачесанными волосами. Но этот мужчина был совершенно не таким, как она себе представляла. Он был среднего роста, с растрёпанными волосами, одет в чёрную кожаную куртку, джинсы и спортивные кроссовки. На шее висел золотой крест, что наводило на мысль, что он не имел отношения к модному бизнесу, а скорее к чему-то совершенно иному. Его выражение лица было недовольным, а походка — ленивой.
Он подошёл к Татьяне, взял её чемоданы без особых усилий и, не говоря ни слова, открыл заднюю дверцу микроавтобуса. Он даже не удосужился аккуратно положить их в багажник — просто швырнул сумки, как будто это было нечто совершенно неважное.