…В тот же момент, по моим глазам ударила вспышка яркого света, я от неожиданности зажмурился, и пошатнулся. Схватившись за стоящую рядом оружейную стойку, удержался на ногах, но когда открыл глаза, моему удивлению не было предела. Окружающее меня пространство сильно изменилось. Вместо темной пропыленной комнаты. старого оружейного парка, с поваленными стойками, и разбросанными по помещению листами каких-то бумаг, перед моими глазами открылась, сверкающее чистотой помещение оружейного склада. Все стойки, были расставлены в идеальном порядке, буквально по линеечке, и были заполнены стоящими в ячейках винтовками и автоматическим оружием. Чуть в стороне, находился небольшой шкаф, в котором строго по номерам, указанным на бирках располагалось личное стрелковое оружие. За перегораживающей помещение стойкой, у стола с амбарной книгой, восседал важный, слегка полноватый фельдфебель, похоже отвечающий за состояние вверенного ему оружия, и выдающий его для несения службы.
В этот момент позади меня, послышался голос.
— Это хорошо, что вы зашли сюда, ефрейтор Беккер. Порядок прежде всего. После того, как оформите передачу вверенного вам оружия, сразу же пройдите в канцелярию, где вам заменят удостоверение личности и все необходимые документы, для поездки в Школу. — Последнее слово, было произнесено с огромным уважением, как бы подчеркивая ее значение. — Кстати свой маузер можете не сдавать, получен приказ о сохранении личного оружия за будущими курсантами. Фельдфебель Папке, оформит изъятие пистолета, со склада, и закрепит его за вами.
— Вам ясно фельдфебель? — Произнес он обращаясь к оружейнику.
— Так точно! — Тут же воскликнул тот вытягиваясь по стойке смирно.
Я же просто не понимал, что происходит. Все это происходило будто во сне. Чисто на автомате, поставил свою подпись в протянутый мне журнал. Снял с плеча и передал фельдфебелю свой пистолет-пулемет, тот внимательно осмотрел его, что-то записал в журнале, и протянул его мне для очередной подписи. После чего достав из металлического ящика деревянную кобуру с пистолетом, протянул ее мне, я тут же, прицепил ее на собственный поясной ремень, и попрощавшись с сидящим здесь мужчиной, тут же вышел из оружейной комнаты, направившись в сторону форта «Гнейзенау».
Коридор, по которому я двигался, был заполнен снующими туда-сюда людьми в военной форме. Пока добрался до форта, замучился вскидывать вверх руку, отдавая честь встречавшимся на моем пути офицерам. Причем делал это вполне привычно, как будто жил здесь всю свою сознательную жизнь, и прекрасно понимал, когда нужно вскинуть руку в приветствии, а когда этого совсем не требуется. Канцелярия военной полиции располагалась сразу же у выхода из кольцевого коридора. Зайдя туда я четко представился, назвав почему-то имя Клауса Беккера, а не свое. Самое удивительное, что это было воспринято совершенно спокойно.
Затем у меня потребовали служебное удостоверение, откуда-то взявшееся в моем внутреннем кармане, вместе с водительским удостоверением и какими-то дополнительными бумагами, выдали новое удостоверение, взамен того, что было получено от меня, дали квитанцию, с указанной в ней суммой в сто восемьдесят рейхсмарок, предложив получить их в соседней комнате, затем тепло попрощались, и пожелали успехов на новом месте службы.
Все это воспринималось мною, несколько отстраненно. Как будто я наблюдаю за всем этим со стороны, как это обычно происходит во сне, и вместе с тем понимая, что Клаус Беккер, это именно я. Я прошел в казарму, в своей комнате достал из принадлежащей мне тумбочки туалетные принадлежности, включающие в себя зубную щетку, пасту «Odol», небольшой фуляр с помазком, мылом, коробочкой с квасцами, на случай пореза, и опасной бритвой. Снял, аккуратно свернул и положил в рюкзак полотенце, а в наружный кармашек положил обувную щетку с баночкой крема, находящиеся в специальном кожаном мешочке, после чего снял с вешалки принадлежавшую мне шинель, надел головной убор и вышел из форта на плац находящийся перед ним, будучи готовым к отправке.