- Ты пытаешься льстить мне, Джилли!
- Нет, - возразил он. - Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы полагать, что по отношению к тебе может быть применима лесть.
Не предпринимая ни малейшей попытки вывести его из этого приятного заблуждения, Хэриет ответила с подкупающей простотой:.
- Я рада, что моя внешность тебе нравится, дорогой. Я лишь хочу быть достойной тебя.
- Быть достойной меня! - воскликнул он ошеломленно. - Но я же самый заурядный человек! Я просто не понимаю, как ты вообще можешь смотреть в мою сторону, когда знаешь моего очаровательного кузена!
- Гидеона? - спросила она. В ее голосе чувствовалось удивление. - Я, конечно, очень уважаю его, потому что я помню, он всегда был очень добрым и ты любишь его, что само по себе может служить ему хорошей рекомендацией, ты знаешь. Но я могу тебя уверить, что ни один разумный человек не обратит на него внимания, когда рядом ты, Джилли!
Жертвы приятного взаимообмана, они медленно вышли из дома и направились к карете, которая уже ожидала их.
- У меня были опасения, что твоя бабушка не позволит тебе поехать со мной! - промолвил Джилли.
- О Джилли, разве я неправильно поступила? Ведь я использовала хитрую стратегию, потому что бабушка была очень сердита, и можно догадываться, что она собиралась сказать. Конечно, она считала, что мне не следует ехать! И тогда я намекнула, что мама уж точно не разрешила бы мне ехать на обед в Чейни! Я не соврала ей полностью, но все-таки преувеличила мамино отношение к поездке. Это так отвратительно! Она не любит маму. И я знала, что стоит только ей подсказать эту мысль, как она сразу же разрешит мне поехать с тобой.
Ее мучила совесть, но герцог расхохотался в ответ, и все угрызения совести, которые мучили ее чистую душу, исчезли. Он помог ей сесть в карету, где ясным невинным взглядом ее встретила Белинда.
- О моя леди, - пролепетала Белинда. - Мистер Руффорд, я имею в виду, герцог, нашел мистера Мадгли!
- Дорогая Белинда, вы, наверное, чувствуете себя очень счастливой! сказала Хэриет.
- О да! - весело промолвила Белинда, а спустя мгновение прибавила более задумчиво: - Но хотела бы я все-таки получить то красивое платье!
- Я уверена, что выйти замуж за хорошего человека вам хочется гораздо больше, - мягко произнесла Хэриет.
- Конечно, вы правы! Но все-таки, может быть, мне надо было дождаться лорда Гейвуда, понимаете? Потому что он уехал для того, чтобы купить мне это платье. Мне грустно думать, что я так и не заполучила его!
Хэриет, сильно смущенная, приложила все усилия, чтобы мысли Белинды приняли более пристойное направление. Удивленный герцог прервал их:
- Хэриет, дорогая, было бы замечательно, если бы ты просто убедила Белинду, что это ее последнее приключение лучше держать в секрете! Никто, кроме нас троих, ничего не должен знать.
- Мне кажется, это ужасно - учить бедное дитя, как обманывать хорошего человека, - ответила Хэриет тихим от волнения голосом. - Может быть, это более разумно, но скрывать что-либо от мужчины, с которым ты помолвлена, бесчестно, и, вообще, это противно женской натуре, - заключила она.
- Дорогая Хэриет! - сказал герцог, нащупав ее руку и поднеся к своим губам. - Ты никогда не поступила бы так. я уверен! Но что будет, если она выболтает все, не подумав о впечатлении, которое своей откровенностью произведет на этих людей? Ведь это простые люди, со своими весьма строгими взглядами.
- Я сделаю так, как ты находишь нужным, - сказала Хэриет. С этой минуты она стала внушать Белинде, что самым мудрым было бы изгнать из головы мысли о лорде Гейвуде, а также никогда не упоминать его имя в разговорах. Но Белинда в это время была так увлечена дорогой, то и дело тыча пальцем в окно кареты, что почти не слушала советов, которые так щедро сыпались на нее. К тому же она была такой девушкой, которую очень трудно убедить. Доводами о неожиданных осложнениях, которые могут возникнуть, Хэриет удалось внушить Белинде, что ее появление на ферме Фурз никак не связано с лордом Гейвудом.
Но когда карета подъехала к ферме, Хэриет поняла, что ее советы и внушения были излишними. Мистер Мадгли в это время уже закрывал большие ворота во дворе, но заметив карету, он повернулся и замер, глядя на нее. За его спиной полыхал закат, и его непокрытая голова отливала золотисто-каштановым цветом. На нем все еще была его рабочая одежда, рукава рубашки, как всегда, засучены, в открытом вороте виднелась загорелая сильная шея. Он обладал такой хорошей осанкой, так ловко скроенной фигурой, что даже Хэриет, которой в течении двадцати лет внушались строгие правила, не удивилась, почему Белинда, как только увидела его издалека, издала радостный крик и, не дожидаясь, пока приладят к дверце ступеньки, выскочила из кареты и побежала навстречу ему. После их долгого объятия казалось невероятным, что могут потребоваться какие-нибудь объяснения. Герцог и его невеста не задержались на ферме. Теперь, слава Богу, миссис Мадгли будет заботиться о том, чтобы соблюдались приличия. Она держалась с большим достоинством, умело скрывая свои чувства. Но ее сын не мог оторвать глаз от своей обретенной любви, и Белинда, со сверкающими глазами и счастливым смехом, оглядывалась по сторонам, вскрикивая при виде каждой знакомой вещи в кухне. Она почти не обращала внимания на своего бывшего покровителя и попрощалась с ним и леди Хэриет сердечно, но торопливо.
- Я слишком хорошего мнения о себе, чтобы думать, будто хоть немного ей нравился! - откровенно сказал герцог, усаживаясь в карету. - Но все-таки не помешало бы ей быть немного благодарной...
- Знаешь, Джилли, - проговорила Хэриет, - я склонна думать, что Белинда принадлежит к тем людям, которые, будучи очень милы и привлекательны, не испытывают глубоких чувств. И это очень грустно! Как ты думаешь, поймет ли это Джаспер Мадгли и сможет ли быть после этого счастливым?
- Да что ты! Она так непосредственна, а он, хотя, возможно, и прекрасный человек, не думаю, что слишком чувствителен. Осмелюсь предположить, что они чудесно поладят. Она останется такой простодушной, а он, кажется, человек с твердыми правилами и горячим сердцем, так что будем надеяться, что они нашли свое счастье!