Герцог, совершенно обессилев от упражнений по развитию воображения, обтер платком взмокший лоб, как только миссис Эплбай отправилась приготовить комнату, и вошел в свою гостиную.
Он обнаружил, что Белинда, сняв шляпку и пальто, расположилась в кресле возле камина и жевала одно из яблок, которые Том оставил в корзинке на столике. Она приветствовала своего господина с ангельской улыбкой и сказала:
- Какая она несговорчивая! Она позволит мне остаться здесь, сэр?
- Да, на сегодня, - ответил он, - но я не пойму, почему вы пришли? Что вы хотите от меня?
Она взглянула на него с удивлением и легким упреком.
- Но вы же сказали, что, возможно, возьмете меня с собой! - напомнила она.
Герцог, ясно увидевший разверзающуюся у его ног бездну, ответил сдавленным голосом:
- Действительно? Да, но... я не могу взять вас с собой!
- Не можете? - с сожалением проговорила Белинда. - Тогда что же мне делать, любезный господин?
- Милая девушка, как я могу дать вам совет? - запротестовал Джилли. - Я ведь даже не знаю, почему вы уехали от своего дяди!
- О, он не мой дядя! - беспечно воскликнула Белинда.
- Не ваш дядя? Тогда он ваш опекун, так?
- Он обещал им стать, - согласилась Белинда, - но никогда ничего не давал мне из обещанного, а кроме того, мне совершенно не нравится та ужасная маленькая гостиница, да и не будет он больше моим опекуном. Я думала, что вы могли бы им стать, - добавила она доверительно.
- Нет, - твердо произнес герцог, - это совершенно невозможно.
Белинда вздохнула, но казалась смирившейся с постигшим ее разочарованием. Она снова откусила от яблока и с ожидающим выражением посмотрела в глаза герцогу.
- Ливерседж знает, что вы пришли ко мне? - потребовал он ответа. Она покачала головой. - Но как вам удалось убежать незамеченной? И как вы доехали до Бэлдока? Не проделали же вы весь путь пешком?
- О, нет! Я дошла только до тракта, и какой-то добрый джентльмен подсадил меня в свой экипаж, - объяснила Белинда. - Он сказал, что был бы рад отвезти меня к себе домой, да только его жене это не понравится. Должно быть, она такая же несговорчивая леди, как та, внизу. Видимо, леди все такие. Джентльмены мне нравятся больше.
Герцог не сомневался в ее словах. Однако он воздержался от комментариев, а только переспросил:
- Как вам удалось убежать оттуда?
- Ну, у дяди Свитина болела голова, он пошел прилечь, а все остальные отправились в пивную. Да и мистеру Миммзу было на меня наплевать, потому что он не водится с женщинами.
- Понятно. Но почему вы убежали? Может быть, Ливерседж обвинил вас в том, что произошло днем в гостинице? Может, он рассердился на вас?
- О, да! Он сказал, что жалеет, что связался со мной, потому что я слишком глупа, чтобы быть ему полезной, и пригрозил, что отправит меня назад, к миссис Филлинг! - ответила Белинда, и глаза ее наполнились слезами.
- Не плачьте, прошу вас! - взмолился герцог. - Кто такая миссис Филлинг?
- Она очень сердитая женщина, плохо обращается со мной и скорее всего отправит меня в тюрьму.
Герцог, знавший по опыту, как легко Белинда плачет, завороженно следил, как огромные капли стекали по ее щекам, нисколько не нарушая общей красоты, и сердцем понимал, почему Мэттью поддался ее чарам.
- Не надо плакать! Уверяю, никто не отправит вас в тюрьму.
Белинда послушно перестала плакать.
- Нет, отправит, сэр, потому что я нарушила соглашение.
Для герцога многое начало становиться ясным.
- Вас определили в ученицы к миссис Филлинг?
- Да, я училась изготовлять шляпки, но мистер Ливерседж тогда мне сказал, что если я уеду с ним, то буду жить, как леди, у меня будут пурпурное платье и кольцо на пальце. Поэтому я поехала с ним, жила у миссис Доверхорт, но мне совершенно не понравилось в Оксфорде, и теперь я думаю, что мне больше не хочется жить с мистером Ливсрседжем. Но я не смею вернуться в Бат, потому что миссис Филлинг может не только отправить меня в тюрьму, но и побить.
- Она так уже делала? - спросил герцог, совершенно шокированный тем, что кто-то может обижать прекрасную Белинду.
- Да, потому что я очень глупая, - объяснила Белинда. - А мистер Ливерседж таскал меня за уши, хота я делала все, как он мне говорил. Я очень несчастна!
- Нет, нет, вы не будете несчастной! - сказал герцог, опасаясь, как бы она снова не разразилась слезами. - Никто не станет вас бить или таскать за уши, я обещаю! Скажите мне, где ваш дом, и я...
- У меня нет дома.
- О! - воскликнул герцог, несколько опешив. - Но ведь у вас есть же какие-то родственники, мисс... Как ваше имя?
- Белинда, - ответила она с удивлением.
- Это я знаю, но дальше? Ваша фамилия?
- О, у меня нет фамилии! Я - подкидыш.
- Подкидыш! Значит... вы даже не знаете, кто ваши родители?
- Нет. Сэр, можно мне еще яблочка?
Он протянул ей корзинку.
- Конечно, но, бедняжка, неужели у вас нет никаких родных, к кому можно было бы обратиться за помощью?
- Нет, - она покачала головой, и ее золотистые кудряшки рассыпались по плечам. - У подкидышей никого нет.
- Я не знал. Я никогда не думал об этом. Это очень ужасно!
Она согласилась с этим, но больше из желания угодить, нежели с огорчением.
- Что же мне с вами делать, Господи Боже мой? - встревоженно произнес герцог.
Белинда воспряла духом и с надеждой спросила:
- Кажется, вы пообещали мне пурпурное шелковое платье?
Он не смог удержаться от смеха.
- Нет, нет, я не это имел в виду!
Она вздохнула и уголки ее рта трагически опустились.
- Никто еще не покупал мне пурпурного шелкового платья, - с грустью проговорила она.
У герцога не было еще возможности делать женщинам подарки в виде одежды, но теперь, когда он уже считал этот вопрос несущественным, оказалось, что ему необходимо что-то придумать в оправдание тех, кто отказывал Белинде в обладании предметом ее желаний. Сочетание блестящих золотых локонов и платья пурпурного шелка будет достаточно потрясающим, подумал он, чтобы ошеломить всех. Он попытался увести ее от этих мыслей.