— Да, конечно, но что же дальше было? — прервал его герцог.
— Ох, что прикажете делать с этой дурочкой! Она сказала, что этот человек — лорд — а это, позволю себе заметить, вранье, — и он поехал нанимать карету и покупать чудесное платье для нее. Мне не оставалось ничего иного, как уйти, и чем больше я думал обо всем этом, тем больше понимал, что это не понравится вам. И тогда я придумал самый выдающийся план. — Глаза Тома заблестели от удовольствия. Он взглянул на герцога, довольный собой. — Вам все это не нравится, правда?
— Разумеется! В чем же заключается твой план?
— Итак, первое, — сказал Том, смакуя каждую фразу своего рассказа. — Я вернулся в гостиницу и попросил позвать хозяина. Но когда он пришел, оказалось, что это хозяйка. Но, впрочем, это не важно. Я рассказал ей замечательную историю! Она полностью поверила мне. Я сказал, что очень хорошо знаю Белинду, рассказал, как увидел ее в этом нанятом экипаже с подозрительным мужчиной, и это все пока было чистой правдой. Но затем я сказал, что отец Белинды не любит этого мужчину, возлюбленного Белинды, потому что тот отъявленный мошенник. А Белинда — наследница огромного состояния. Я когда-то прочитал такую историю в одной глупейшей книге, где не было никаких приключений и сражений, и я никогда не думал, что придет время, когда мне пригодится эта дурацкая книга. Хозяйка была потрясена. Я сказал, что хочу поехать к отцу Белинды я рассказать ему о происходящем. Хозяйка была напугала до смерти, сказала, что это плохо отразится на репутации гостиницы, она согласилась, что Белинда еще почти ребенок и такое распутство надо остановить. Тоща я сказал ей, что смогу обмануть щеголя, если она пока спрячет Белинду и предупредит конюхов, что говорить тому мужчине на тот случай, если он станет расспрашивать их. Но он и не стал их расспрашивать! Он только спросил старшего конюха самым зверским голосом, какой я когда-либо слышал, останавливалась ли около гостиницы карета с желтыми колесами, запряхенная четверкой серых коней, и старший конюх подтвердил это, дико улыбаясь, потому что карета действительно была!
— Том, Том, не спеши! Какая карета?
— Ах, да! Итак, хозяйка упросила Белинду пройти с ней в гостиную, расположенную в задней части дома, сказав Белннде, что там она будет чувствовать себя уютнее — А затем я написал письмо от имени Белинды — Я написал, что вы становитесь ее покровителем, сэр, и обещаете подарить платье получше, чем из магазина на Милсом-стрнт, и Белинда поедет в Лондон с вами. Потом я вышел на дорогу и долго ждал, наконец приехала почтовая карета, запряхенная четверкой лошадей, из нее вылез тот щеголь, тут я подошел к нему и спросил, не он ли лорд Гейвуд, — так называла его Белинда. Он ответил, что да, тогда я передал ему записку, сказав при этом, что некая молодая леди с хелтыми кудрями дала мне шиллинг и попросила передать эту записку. Сэр, я думаю, что это была самая выдающаяся шутка из всех, когда-либо выдуманных мной! Этот щеголь рассвирепел, казалось, он готов был убить кого-нибудь! Он спросил, какие кони были запряхены в карету, и я понял, что он хочет вас убить, и ответил, что кони были серые, потому что действительно проезжала карета с серыми лошадьми и желтыми колесами, а рысаки, надо сказать, были превосходные, так что щеголю было бы трудно их догнать. Так что у вас теперь есть время выручить Белинду, пока щеголь не вернулся назад. А он мгновенно пустился догонять карету. Сэр, вы довольны мной?
— Том, я восхищаюсь тобой! — воскликнул герцог. — Единственное, о чем я жалею, так это о том, что не смогу увидеть лица Гейвуда в тот момент, когда он догонит карету с желтыми колесами. Когда ты будешь гостить у меня в Лондоне, Том, то пойдешь во все театры, какие захочешь, — чтоб мне с этого места не сойти! — посмотришь фейерверк и все, чего только пожелаешь! Я очень обязан тебе, и если мой дядя спросит тебя об овце, скажи ему, что это я попросил тебя застрелить ее! Ты сделаешь мне еще одно одолжение?