Но Ливерседж был лишен малейшей возможности оправдать надежды лорда Лайонела. Не успели двери приоткрыться, мимо него в вестибюль бесцеремонно протолкался лорд Гейвуд.
– Извести герцога о том, что с ним желает поговорить лорд Гейвуд! – сквозь зубы процедил он. – И не говори мне, будто его нет дома, потому что я отлично знаю – он здесь!
– Гейвуд, что все это означает? – возмутился лорд Лайонел. – Если вам нужен Сэйл, то он здесь и, вне всякого сомнения, будет рад вас видеть. Нет ни малейшей нужды в столь дурных манерах, которыми так любит красоваться современная молодежь. Отдайте швейцару шляпу и пальто и не пытайтесь просверлить меня взглядом!
Лорд Гейвуд кипел от ярости, но отповедь человека, всегда внушавшего ему благоговейный ужас, заставила его взять себя в руки.
– Я не знал, что вы тоже здесь, сэр, – заикаясь, пробормотал Гейвуд.
– Полагаю, что не знали, хотя не понимаю, какое это имеет значение! Входите, Сэйл в библиотеке. Джилли, к тебе Гейвуд в необъяснимо дурном расположении духа!
Герцог тоже подошел к двери.
– Да, сэр, я вижу.
Виконт сверкнул на него глазами и подчеркнуто любезно произнес:
– Я смиренно прошу предоставить мне возможность переговорить с вами наедине, милорд герцог!
– Конечно, – ответил его светлость. – Входите!
Брови лорда Лайонела снова взлетели вверх.
– Что тут происходит? – спросил он. – Никаких ссор, вы меня поняли? Не напускайте на себя такой интересный вид, Гейвуд, потому что меня он совершенно не трогает.
Лорд Гейвуд высокомерно вздернул подбородок, демонстративно игнорируя старого лорда.
– Я сказал, наедине, милорд герцог!
Лорд Лайонел помрачнел и развернулся, как будто собираясь вернуться в библиотеку, но его мягко остановил герцог, коснувшись пальцами руки дяди.
– Прошу вас, сэр, – произнес он.
– Послушай, Джилли, я не знаю, что случилось, но не собираюсь позволять тебе… – Его светлость замолчал, встретившись глазами с герцогом. – Как хочешь! – пожал плечами лорд. – Улаживайте это между собой! Уверен, ты не способен на глупости, мой мальчик!
Лайонел ушел, а герцог, все еще придерживая дверь, оглянулся на кузена.
– Гидеон!
Капитан Уэйр ухмыльнулся ему из глубины комнаты.
– Тебе придется довольствоваться выдающейся победой над моим отцом, Адольфус! Не применив ко мне физическую силу, что с твоей стороны было бы очень неосмотрительно, ты меня отсюда не выведешь!
Виконт презрительно усмехнулся.
– Прячься за Гидеона, если тебе так хочется! – произнес он. – Тебя это все равно не спасет!
– Чарли, ты бесподобен! – восхищенно произнес Гидеон.
– О, Гидеон, помолчи! – устало отмахнулся от капитана Уэйра герцог. – Лучше бы ты вышел! В чем дело, Гейвуд? Ты приехал извиниться? Клянусь, тебе стоило бы это сделать! Если бы я не собрался вступить в брак с твоей сестрой, мне было бы очень трудно совладать с соблазном вызвать тебя на дуэль! Черт бы подрал тебя и твою наглость!
– Ты собрался вызывать на дуэль меня? – ахнул Гейвуд. – Это уже ни в какие ворота не лезет. Ты навязал свою подружку моей сестре… уверяю тебя, только этого было достаточно, чтобы вызвать тебя к барьеру! А ты…
– Белинда никакая мне не подружка и подружкой никогда не была! И если бы ты не был таким безмозглым болваном, то знал бы об этом!
– И ты хочешь, чтобы я тебе поверил? За кого ты меня принимаешь? За конченого простофилю?
– Бог ты мой, вот именно! – ответил герцог. – Последние десять лет я только за простофилю тебя и принимаю!
– Клянусь Юпитером, это уже слишком! – взорвался виконт.
Он бросился на герцога, но обнаружил, что путь ему преградило широкое плечо Гидеона.
– О нет, мой мальчик! – ухмыльнулся Гидеон. – Так не пойдет! Остынь немного!
– Гидеон, будь так добр, позволь мне самому разобраться со своими проблемами! – попросил его герцог.
Гидеон несколько мгновений смотрел на Джилли, а затем отступил в сторону и сказал:
– Как пожелаешь, Адольфус.
– Премного тебе обязан. А теперь, Гейвуд, давай положим конец этой путанице, потому что мое терпение уже на пределе.