Вскоре он преуспел и в этом. Распорядившись, чтобы купленную им дорожную сумку доставили по адресу капитана Уэйра, герцог наконец-то смог сосредоточить внимание на таких мелочах, как приобретение мыла, зубного порошка и бритвы. В Бедфорд-хаусе, куда он зашел по совету прохожего, его изумило то, за какую ничтожную сумму он может купить щетки для волос, расчески и прочие туалетные принадлежности. В конце концов Джилли сделал так много покупок, что в очередной раз был вынужден прибегнуть к доставке по адресу кузена.
Около восьми часов вечера он направился в Олбани. Поднимаясь по улице, столкнулся со знакомым, который шел навстречу в изящном вечернем облачении. Устремив монокль на сапоги Джилли, знакомый поинтересовался:
– Не ожидал встретить вас, герцог! На мой взгляд, вы только что прибыли в город! Вы к кузену? Он дома. Я видел, как он вернулся около часа назад.
– Мы договорились поужинать вместе, – ответил герцог.
– Что ж, полагаю, мы увидимся завтра в «Уайте».
Герцог, покривив душой, согласился с этим предположением и продолжил путь.
Когда перед ним отворилась дверь квартиры капитана Уэйра, кузен встретил Джилли в прихожей и тут же поинтересовался, не перепутал ли он его жилище с почтовой конторой.
Герцог, обаятельно улыбнувшись, ответил:
– О, я не знал, куда еще мне все это отправить! Ты и представить себе не можешь, как я был занят!
– Но, Адольфус, неужели ты теперь сам забираешь свое белье у прачки? – спросил Гидеон, кивая на неподъемный узел на полу.
– Значит, Фрэнсису удалось незаметно вынести его из дому! – воскликнул герцог, избавляясь от пальто. – Отлично! Гидеон, я сорвался с поводка!
– Великолепно! – одобрительно кивнул кузен. – Пойдем, расскажешь мне все по порядку!
Герцог вслед за хозяином вошел в гостиную, но покачал головой в ответ на просьбу капитана.
– О нет! Пожалуй, я не стану ничего рассказывать, если ты не против!
– Тогда вообще не начинай разговор, – откликнулся Гидеон, подавая кузену бокал хереса. – Хотя я не стал бы тебя ни от чего отговаривать, Адольфус.
Осознавая характер своей затеи, герцог был в этом совершенно не уверен. Кузен охотно помог бы ему избавиться от назойливой опеки домашних, но стоило ему услышать о мистере Ливерседже с его требованиями, и одними уговорами Гидеон наверняка не ограничился бы. Поэтому Джилли, снова улыбнувшись, сделал глоток хереса.
Гидеон, который отлично знал эту обаятельную рассеянную улыбку, тут же насторожился:
– Адольфус, ты что-то затеял!
– О нет! – отозвался Джилли. – Просто я очень устал быть самим собой. Потому намерен последовать твоему совету, испытав себя в роли обычного мистера Дэша. Быть герцогом Сэйлом смертельно скучно!
– Да, я в курсе. Это я тебе посоветовал? Отец оторвет мне голову.
– Точно, вчера вечером. Я уже начал вживаться в роль, совершив ряд поступков, которые никогда не позволял себе прежде. Один прохожий в Сити сказал, что я свалился с Луны. Думаю, он прав: я совершенно не знаю жизни! Но намерен быстро всему научиться. Я уезжаю из города, знаешь ли.
– Я так и подумал. И этот жуткий узел содержит твое снаряжение?
– Да. К счастью, его удалось вынести без ведома Неттлбеда! Гидеон, вероятно, Неттлбед будет меня разыскивать и зайдет к тебе. Умоляю, убеди его в том, что я в полной безопасности. Не хочу, чтобы они перевернули вверх дном весь Лондон!
– Можешь на меня положиться, Адольфус. Не думаю, будто мне удастся сделать то, чего ты хочешь, но, во всяком случае, о твоем местонахождении от меня они не узнают. Более того, я буду отрицать, что мне хоть что-то о тебе известно.
– Бедный Неттлбед, – вздохнул Джилли. – Боюсь, он будет в отчаянии. Сегодня утром я его обидел и мы расстались в весьма натянутых отношениях. Мне кажется, я поступаю очень дурно, пугая его подобным образом, но, Гидеон, я больше не в силах все это выносить! Они обращаются со мной как с ребенком или с умственно неполноценной личностью! Я и шагу не могу ступить без того, чтобы кто-нибудь сломя голову не бросился вызывать для меня экипаж, подавать перчатки или спрашивать, когда я собираюсь вернуться! Да, да, я знаю все, что ты мне скажешь! Но не могу этого сделать! Я пытался, однако штука в том, что мне не удается забыть, как Борроудейл угощал меня засахаренными сливами, если меня наказывали, и как душка Чигвелл сказал дяде, что это он разбил окно в Красной гостиной, и как Неттлбед выхаживал меня всякий раз, когда мне случалось заболеть… И таких историй множество!