– Это не я! – страстно восклицал Том. – Это не я! О, сэр, прошу вас, скажите им, что это не я!
– Сэр! – напыщенно начал церковный сторож.
– Мистер Раффорд, сэр, может, он хотя бы вас выслушает, – взмолилась миссис Эпплби, – потому что меня он не слышит!
Внезапно наступила тишина, и герцог в смятении осознал, что все, за исключением сторожа, выжидательно смотрят на него, явно рассчитывая, что он немедленно примет на себя контроль над ситуацией. Еще никогда Джилли так не сожалел об отсутствии своей свиты. Ему даже вдруг захотелось, чтобы каким-то чудесным образом на место событий перенесся дядя Лайонел. Внушительной фигуры и аристократического лица лорда Лайонела было бы вполне достаточно, чтобы заставить толпу разойтись, а тем временем хорошо обученный лакей расчистил бы дорогу для герцога, причем сделал бы это с таким высокомерным видом, что даже сторож испуганно примолк бы. Но сейчас герцог был лишен всех, кто посвятил свою жизнь тому, чтобы оградить его от соприкосновения с грубыми простолюдинами, и в очередной раз был вынужден заботиться о себе самостоятельно. Джилли удалось высвободиться из удерживающих его рук и в присущей ему мягкой манере произнести:
– Пройдемте в дом. Прошу вас, не стоит говорить одновременно, потому что до сих пор я не понял ни единого слова!
Звуков его негромкого голоса на фоне пронзительных воинственных выкриков оказалось достаточно, чтобы участники схватки немедленно присмирели. Даже сторож был вынужден признать непринужденность манер Джилли и неуловимое достоинство, с которым держался этот молодой человек, и не стал возражать, когда его пригласили пройти в обеденный зал гостиницы.
– Пойдем, Том, – позвал герцог провинившегося мальчишку. Заметив конюхов, которые, разинув рты, стояли рядом, он добавил: – Эй, вы! Будьте добры, заведите экипаж во двор!
Затем его светлость вошел в «Белую лошадь», а Том, миссис Эпплби, сторож, долговязый мужчина, фермер и дама в чепце ввалились в гостиницу вслед за ним. Едва очутившись внутри, Том и миссис Эпплби открыли рты, чтобы изложить Джилли свою версию развития событий, но он перебил их словами:
– Прошу вас, подождите одну минуту! Сейчас я вас выслушаю. – Герцог перевел взгляд на сторожа и спокойно произнес: – А теперь рассказывайте, из-за чего весь этот шум-гам.
Его манеры произвели на сторожа неизгладимое впечатление, подсказав, что этот замкнутый молодой человек – родовитый джентльмен. Из опыта он знал цену вежливости в общении с подобными людьми, поэтому изложил свою историю в весьма сдержанных выражениях. Из его рассказа вытекало, что четверо юных шалопаев во главе с юным мистером Мэмблом не только препятствовали движению экипажей по королевской дороге, но также стали причиной поломки новой повозки одного из верноподданных Его Величества. По их вине почтовый дилижанс сильно задержался в пути, а его дальнейшему продвижению чинились всяческие препятствия, что является серьезным преступлением. Наверняка мистеру Раффорду известно – наказанием за подобное нарушение порядка является штраф на сумму не менее пяти фунтов.
– Боже мой! – ахнул герцог. – Том, как же ты все это натворил?
– Я этого не делал! Во всяком случае, я этого не хотел, и откуда мне было знать, что приближается почтовый дилижанс? – голосом человека, до глубины души уязвленного несправедливыми обвинениями, произнес Том. – Вы сами сказали мне, что я должен развлечься.
В это время в комнату протиснулся еще один человек – нервного вида мужчина в шарфе, который, не дожидаясь приглашения заговорить, подробно описал герцогу все повреждения, причиненные его новой повозке вследствие того, что молодой жеребец испуганно шарахнулся и встал на дыбы, после чего ударил задними копытами по повозке. Да и чего можно было от него ожидать, если его взору предстало невиданное зрелище – по главной улице им навстречу ехало четыре всадника верхом на двух ослах, корове и старой гнедой лошади мистера Датчета.
– Это были скачки! – пояснил Том.
Тут слово взял сторож, из монолога которого герцог понял, что, как только участники столь удивительных скачек достигли перекрестка, двигавшийся навстречу почтовый дилижанс хотел их объехать и едва не перевернулся. Кучеру стоило большого труда удержать испуганных лошадей, а все пассажиры пережили серьезное потрясение. Подробно описав детали происшествия, сторож попытался обрисовать собравшимся в зале господам дальнейшую судьбу этих спортивных молодых джентльменов, а кроме того, ужасный вред, который они причинили имуществу и здоровью честных граждан. Впрочем, его тут же перебила дама в чепце, со слезами на глазах заявив: пока Уилл не связался с дурной компанией, он всегда был хорошим мальчиком, и мистеру Пиддингхоу это отлично известно. Ее поддержал долговязый мужчина, в свою очередь сообщивший, что лишь самое жестокое принуждение могло заставить его Фреда опуститься до подобных выходок, а также фермер, который громко и бессвязно забормотал о том, что все это лишь мальчишеские шалости, пообещал всыпать Нэту порцию розог и предложил забыть о скандальном происшествии.