– О да! – последовал уже привычный ответ.
Однако попытки выудить из нее более подробную информацию успехом не увенчались. Удивленный Том потребовал, чтобы его ввели в курс дела. Услышав, что Белинда забыла новое имя Мэгги Стрит, юноша возмущенно воскликнул:
– У этой девчонки мозгов, что у той курицы! Скорее всего, подруга и живет вовсе не в Хитчине, а в Дитчлинге или… или Митчеме… или в каком-нибудь другом городе с похожим названием!
Это заявление, похоже, потрясло Белинду, и она простодушно согласилась:
– Ну да!
Герцог уже собирался отправить в рот кусок тушеной ветчины, но, услышав это, опустил вилку.
– Что «ну да»? – встревоженно спросил он.
– Ну, то, что сказал Том, – беспечно пояснила Белинда.
– Мое дорогое дитя, он сказал «Дитчлинг или Митчем». Наверняка…
– Понимаете, я не уверена, – призналась Белинда. – Это был какой-то город с очень похожим названием.
Герцог не смог более одной минуты рассматривать перспективу скитаний по Англии в поисках всех городков, название которых отдаленно напоминало бы Хитчин.
– Ну, значит, это будет мистер Мадгли! – обреченно произнес он.
– Да, но я боюсь возвращаться в Бат, – запротестовала Белинда, – потому что, понимаете, если меня найдет миссис Пиллинг, она, скорее всего, посадит меня в тюрьму за нарушение договора.
Герцог имел самое смутное представление о законах, регулирующих отношения с подмастерьями, но ему пришло в голову, что в Бате он сможет найти леди Гарриет. Несмотря на то что ему навязали ее как невесту, в детстве они были друзьями и во всех детских забавах она всегда протягивала Джилли руку помощи, если помочь ему было в ее силах. Герцогу и в голову не пришло, что на Белинду эта готовность помочь может не распространяться. Его светлость решил: раз уж он оказался в положении покровителя Белинды и не может покинуть ее на произвол судьбы, то, если ему не удастся найти мистера Мадгли, необходимо подыскать для Белинды подходящую компаньонку. Гарриет показалась ему самой лучшей кандидатурой на эту роль, и он даже начал думать, что поступил глупо, сразу не отправившись с Белиндой в Бат.
Том вторгся в эти размышления, поинтересовавшись, не помешает ли ему попасть в Лондон предполагаемая поездка в Бат. Ежели такая вероятность существует, заявил он, то ему было бы лучше всего в одиночку поехать в Лондон или какой-нибудь ближайший портовый город. Герцогу было ясно, что малейшего намека по поводу намерения вернуть его родителю оказалось бы достаточно, чтобы тут же обратить юношу в бегство. Поэтому его светлость не стал полностью посвящать Тома в свои планы, а ограничился заверением: из Бата он напишет мистеру Мэмблу письмо, в котором попросит разрешить сыну сопровождать его во время поездки в столицу. На лице Тома отразилось сомнение, но он позволил убедить себя в беспроигрышности подобной стратегии. Белинда снова принялась твердить, как она боится миссис Пиллинг, и герцог задался вопросом, способна ли его Гарриет справиться с этой вселяющей ужас леди. Джилли уже собирался сообщить им, что утром они все вместе отправятся в Чейни, как вдруг ему пришло в голову, что появление там в обществе Белинды породит такие пересуды, иметь дело с которыми он явно не готов. Его светлость решил разыскать самую незаметную гостиницу Бата и, не теряя времени, нанести визит Гарриет в Лаура-Плейс.
Пока он и его юные друзья поглощали обед, мистер Ливерседж и мистер Шифнал совещались относительно своих дальнейших действий. Мистер Шифнал предложил мистеру Ливерседжу тоже поселиться в гостинице «Солнце» и среди ночи придушить герцога подушкой, что не вызвало одобрения у его партнера, пожелавшего знать, какой цели они тем самым добьются. Он заявил: даже если мистер Шифнал ему поможет, незаметно вынести из гостиницы бессознательное тело одного из гостей им все равно не удастся. Мистер Шифнал приуныл и снова задумался в поисках альтернативного плана, но тут герцог и его друзья покинули гостиницу и направились в сторону ярмарки. Спрятавшись за повозкой, заговорщики наблюдали, как удаляется троица, не в силах поверить в собственное везение.
– Сэм, – прошептал мистер Шифнал, – если мы не сможем дернуть этого герцога, пока все будут глазеть на фейерверк, мы не заслуживаем тридцати тысяч фунтов!
Когда его светлость подошел к ярмарке, он увидел, что народу здесь гораздо больше, чем было днем. Хотя состязания и конкурсы на свежем воздухе уже закончились, все балаганы были битком набиты зеваками, которые либо таращились на какое-нибудь уродство, либо принимали участие в состязаниях по борьбе, кулачным боям или боям на палках. Большой приз ожидал того, кто сумеет победить профессионального бойца, имеющего изуродованное ухо и сломанный нос. Герцог с огромным трудом убедил Тома не бросать шляпу в круг. Вместо этого он повел подопечных смотреть волнующую драму под названием «Монах и убийца, или Привидение-скелет», что заставило и Тома, и Белинду дрожать то от удовольствия, то от леденящего душу ужаса. Белинда не выпускала руку герцога с момента первого появления Загадочного Монаха, а это произошло уже во второй сцене («Скалы Калабрии»), до Великого Сражения со щитом и боевым топором в шестой сцене. Впрочем, услышав вопрос, понравилось ли ей представление, она энергично закивала головой и судорожно вздохнула.