– Господин Гидеон, вам не кажется, что его светлость могли убить? – спросил Неттлбед.
– Нет, не кажется. Его светлость отлично способен о себе позаботиться.
– За все годы, которые я ему служу, он ни разу ничего подобного не делал! – ломая руки, причитал Неттлбед. – О господин Гидеон, это я во всем виноват, только я. Мне не следовало обижаться на… Но откуда же мне было знать. И он ушел и не сказал Борроудейлу, когда вернется, и мы ждали его и ждали, и он так и не появился! Борроудейл, и Чигвелл, и Терви, и я, мы не ложились всю ночь, не зная, что и думать или что нам делать! Потом мне пришло в голову – он может быть у вас, и я тут же прибежал! Господин Гидеон, что же мне делать?
– Ты сейчас же отправишься обратно в Сэйл-хаус и будешь там ждать возвращения его светлости. Вне всякого сомнения, рано или поздно он вернется, – ответил Гидеон. – И когда это произойдет, Неттлбед, позаботься о том, чтобы ему снова не захотелось сбежать! Ты и Борроудейл, и Чигвелл, и Терви, и еще с десяток таких же, как вы! Мой кузен – мужчина, а не школьник, а вы все над ним просто издевались…
– Издевались! – срывающимся голосом повторил Неттлбед. – Господин Гидеон, да я ведь готов жизнь отдать за его светлость!
– Охотно верю. Только зачем ему это нужно? – отозвался Гидеон и резко сел в постели. – А теперь выслушай меня, – сурово произнес он и прочитал потрясенному слуге своего кузена короткую, но красноречивую лекцию.
Если Неттлбед его и услышал, то даже не подал виду.
– Лишь бы он не попал в руки к разбойникам! – рассеянно произнес он. – Я бы отправился на Боу-стрит, вот только не хочется…
– Если ты это сделаешь, – угрожающе произнес Гидеон, – то ни его светлость, ни мой отец никогда тебе не простят! Бог ты мой, прекрати паниковать из-за ерунды!
– Для меня, сэр, это не ерунда, – ответил Неттлбед. – Я прошу прощения за то, что побеспокоил вас, но мне действительно показалось, будто его светлость должен был что-то вам сказать… или прийти к вам… однако, если это не так, я понапрасну трачу время. Поэтому, капитан Уэйр, я лучше пойду, сэр!
– Вот и хорошо! – равнодушно ответил Гидеон. – И попытайся усвоить, что его светлости уже идет двадцать пятый год!
Неттлбед, укоризненно взглянув на него, удалился. Рагби, вернувшийся с кувшином горячей воды, произнес:
– Он их всех там на уши поставит, сэр, вот увидите! Я очень удивлюсь, если Неттлбед не обратится в полицию!
– Он этого не сделает!
Рагби, покачав головой, заметил:
– Бедняга не находит себе места! Мне его даже жалко стало.
– Он это заслужил, – отрезал Гидеон. – Их всех необходимо проучить!
Неттлбед, примчавшись обратно в Сэйл-хаус, обнаружил, что пришел мистер Скривен. Узнав, что о герцоге вот уже сутки как ничего не известно, он заметно помрачнел и сказал: следует немедленно известить лорда Лайонела. Тут Чигвеллу пришла в голову светлая мысль сбегать к Уайту и узнать, не появлялся ли его светлость в клубе. Швейцар сказал, что не видел герцога после того, как он приходил обедать с лордом Гейвудом, и, заметив огорчение Чигвелла, поинтересовался причиной его огорчения. В любое другое время Чигвелл сумел бы одернуть швейцара и с достоинством пресечь неуместное любопытство, но тревога в сочетании с бессонной ночью лишили его привычного равновесия. Он сообщил швейцару о своих опасениях по поводу благополучия герцога, которого, на его взгляд, постигло несчастье, возможно, ограбление или крушение экипажа. Швейцар всячески продемонстрировал свою обеспокоенность вкупе с сочувствием и вскоре заполучил в полное распоряжение все подробности этой истории. Спохватившись, Чигвелл пробормотал: он очень встревожен, поэтому сам не понимает, что делает, и попросил швейцара никому ничего не рассказывать. Тот заверил его, что он не из тех, кто зря болтает языком, и, проводив Чигвелла, сказал одному из официантов: молодого герцога Сэйла, похоже, убили. После этого поинтересовался у всех, кто входил в клуб, не известны ли им новости об исчезновении герцога Сэйла. Таким образом, в рекордно короткий срок эту странную историю обсуждало невообразимое количество людей одновременно. Некоторые склонялись к мнению, что все это пустое, другие принимались выстраивать собственные теории относительно причин исчезновения герцога, были и такие, кто заключал пари относительно его участи.
Вернувшись в Сэйл-хаус, Чигвелл обнаружил, что здесь побывал капитан Белпер, рассчитывавший застать герцога дома. Разумеется, привратник во всех подробностях рассказал ему историю об исчезновении его светлости. Капитан вначале не хотел верить россказням слуги, но в конце концов его изумление сменилось озабоченностью и он потребовал немедленной встречи с главным управляющим. Когда Скривен вошел в одну из комнат первого этажа, куда проводили капитана, то обнаружил: бравый офицер в смятении меряет помещение быстрыми шагами. Услышав звук отворившейся двери, он резко развернулся и без всякого вступления заявил: