- Пинк! - крикнул Грог. - Смотри, чтобы машина не взорвалась!
Борн, озираясь на, гонящихся за шхуной, торговцев, почесал затылок и сделал разумное предложение:
- Обратно этим путём не пойдём! Лучше всего вернуться назад мимо острова "Каменный гриб" - вдоль левобережья.
- Нельзя! - возразил Рэндор, держась одной рукой за ванты, а другой поддерживая шляпу, чтобы её не сдуло ветром.
- Почему?! - крикнул варвар, стараясь перекричать свист корабельных снастей.
- Там сплошные рифы...
Торговый город остался далеко позади. Требовалось совсем немного времени, чтобы добраться до "Акульего носа". Грогу ещё долго будут сниться пёстрые тюбетейки, лодки и паруса... Тонущие в пиве города и отдельные особи в "Повальском отстое".
...
С часу на час, на горизонте ожидалось появление земли. Ада стояла возле бушприта, как чёрный обелиск: невозмутимая, независимая, неразговорчивая - само воплощение ассасинки. Эллима крутилась рядом, являя ей прямую противоположность: чрезмерно любопытная, доверчивая и очень болтливая - эльфийка, одним словом. Особняком державшаяся Ламуна сводила с ума Пинка: загадочная, эфемерно-ветреная и, при разговоре, взвешивающая каждое слово; она, казалось, воплощала идеи вероломства и преданности фей - одновременно. Пинк поник. Руди и Миранда сидели рядом и ничего не воплощали собой. Они уставились в Сюзин свиток, разглядывая каракули. Владелица этих каракуль наклонилась над ними и что-то объясняла. Борис, в своём белом покрывале, напоминал покойника, которого запеленали и везут на захоронение, а Жора с Люськой просто радовались жизни, резвясь на палубе. Рыцарь Рэндор, облокотившийся о леера, являл собой само воплощение хладнокровия. Все собрались на баке, в ожидании появления земли. Дроут подошёл сзади и, думая о чём-то своём, со всей дури врезал по фок-мачте ладонью. Паруса затрепыхались, но, такелаж выдержал, а часть команды рядовых матросов посыпалась на палубу. Плотник Карл перевернулся с боку на бок. Остальные подпрыгнули на месте. Пинк даже упал. Сидя на пятой точке, он испуганно спросил орка:
- Ты чего?
Дроут посмотрел на него рассеянным взглядом, затем удивлённым и растерянно ответил:
- Ничего...
Грог ткнул Борна локтем в бок и, широко улыбаясь, сказал:
- Ишь - замечтался! Если у них так в стойбище любовно хлопают... Ваши бабы скоро бы сбежали, не выдержав любовного натиска, а наши... Наши погибнут сразу.
- Ничего - пусть пар выпустит. У нас запасная мачта есть.
Город "Акулий Нос" появился так же неожиданно, как появляются клопы. Для горожан, видимо, это название показалось слишком длинным, чтобы произносить его полностью и они именовали своё поселение коротко - "Нос". Кратко, ёмко, лаконично... Город показался Грогу колючим: острые чёрные скалы, остроконечные шпили серо-чёрного цвета - прямая противоположность "Акульему глазу". Тёмные однотонные тона преобладали во всём. Унылость - тоже... Прямые остроугольные улочки и такие же углы домов. Дошло до того, что после швартовки товарищи не сразу решились войти в город, а топтались на его окраине. Кругом располагались товарные доки, но они были пусты, как-будто все докеры вымерли. Кое у кого возникли подозрения об эпидемии, выпотрошившей весь город. Эти подозрения не сулили ничего хорошего и требовалось осторожно разузнать о ситуации в городе. Как всегда, лучшим местом мог оказаться трактир. Он не замедлил дать о себе знать вульгарной музыкой. Портовый кабак жил обычной пьяной жизнью, что несколько успокоило товарищей. Даже расспрашивать никого не пришлось, итак всё было ясно - в городе простой застой. Поговорив с трактирщиком, Грог выяснил любопытную деталь - все торговые сделки перехватывал город "Акулий Глаз" и местный правитель, в скором времени, собирался идти на него войной. На вопрос, а нельзя ли её избежать, трактирщик отрицательно покачал головой:
- Нельзя! Мы и так тут скоро с голода сдохнем, так что разница выбора между смертью в пустом амбаре и на поле боя - небольшая. Кругом нас безлюдные места, на многие мили. Некоторые жители подались на заработки в другие города.
- А кто же воевать будет? - удивился Грог.
- Как кто? - в свою очередь удивился трактирщик. - Для этого есть наёмные армии, которые только этим и живут, а наше ополчение будет у них, разве что под ногами мешаться. Но - будет! Жажду трофеев не остановит угроза смерти...
- Так что же, - вмешался Борн, - у вас тут ничего не работает? Кабак, я смотрю, вовсю пашет...
- Нет, почему же - работает, - успокоил посетителей хозяин пивных кружек. - Есть ещё магазины. И много. Но, вы просто не знаете: мы раньше жили очень хорошо. Даже слишком хорошо, пока, не известно откуда взявшиеся черти, не основали город "Акулий глаз". Он перегородил доступ к нашему полису. А посетители моего трактира глушат вино от безделья.
- А почему вы не торгуете с ними? - удивился Рэндор несерьёзному подходу, в таком обычном деле.
- А нам нечем...
- Ну, а раньше-то чем промышляли? - ещё больше удивился рыцарь.
- Раньше вокруг города были богатые поля и цветущие сады. Торговцы привозили на продажу иноземные товары, а увозили полные корабли шёлковых тканей и экзотических пряностей. Бурдюки сушёных фруктов горами лежали в доках, а погрузка кораблей не прекращалась ни на минуту. Всего того, что отсюда развозилось по всему миру, перечислить и дня не хватит. Теперь, вокруг города каменистая земля... Исчезли сады...
- Так что же, всё-таки, произошло? - спросил Грог, готовясь прослушать душещипательный рассказ.
Трактирщик неопределённо пожал плечами и ответил:
- Слухи разные ходят, но самый популярный такой: в землях этих пришельцев что-то бабахнуло и теперь там пустыня. У нас тоже всё завяло, зачахло и... Ну, вы сами можете увидеть последствия. А эти... ломанулись сюда.
- А что бабахнуло-то? - допытывался Авантюрист.
- Говорят, на юго-западе есть огромная пустыня и пришельцы, основавшие "Акулий глаз", именно оттуда. Ещё болтают, что пустыня, не всегда была пустыней. Там раньше тоже цвели сады и зеленела трава, но, эти жадные дегенераты где-то раздобыли лампу. Слышали про такую?
- В общем-то - да, - подтвердил Грог, почёсывая затылок пивной кружкой. - Это с джинном внутри?
- Вот именно, - подтвердил кабатчик, согласно кивнув головой.
- По мне, так лучше джин в бутылке, - зевнув, заявил Авантюрист, отхлёбывая из кружки вполне правдоподобное пиво "Козлотопский кентавр".
- Так он и полез тебе в бутылку, - усмехнувшись, возразил трактирщик.
- Да я про спиртное...
- А-а-а...
В этот момент дверь в таверну открылась и в неё вбежал запыхавшийся посетитель. Цокая по полу: то ли копытами, то ли подбитыми ботинками, он с разбега подскочил к стойке, чуть не опрокинув последнюю.
- Что-то случилось? - испугался хозяин заведения.
- Пить хочу!
- Тьфу-ты! Я уж подумал...
Пока жаждущий опрокидывал третью кружку подряд, заглатывая пиво жадными глотками, трактирщик порекомендовал его иностранцам, как знатока местного фольклора. Ему купили ещё три порции спиртного и приготовились слушать рассказ. Короткий или длинный - наших героев это не слишком беспокоило. Главное, чтобы рассказал. Как известно - в каждой сказке есть доля истины и на пустом месте легенды не возникают. Они только обрастают дополнительными подробностями, которые необходимо отсекать, в процессе анализа прослушанной байки. Рассказчик порядком окосел, видимо, положив пиво на старые дрожжи и не спешил с повествованием. Он ещё отхлебнул из кружки и закатив глаза к потолку, начал:
- Вот что рассказывал мне мой отец, когда я был маленьким о том, как произошло образование "Великой Пустыни". Кое-кто называет её "Ифрит". В те времена, к слову сказать, и кентавров-то никаких не было; ни сатиров, ни прочих копытных гибридов - они появились после того случая, когда сыновья короля, по его совету, вызвали ифрита из "Золотой Лампы", чтобы тот помог им справиться с врагами. Кентавр - означало название народа. Так именовались разрозненные племена обычных людей. Никто не мог предугадать последствий сделки. Могучим исполином, ифрит поднимался над цветущей долиной, чтобы через несколько мгновений превратить её в безжизненную пустыню. Подпирая плечами облака, он страшным рёвом возвестил окрестности о своём появлении. Сияние демонических глаз затмило солнце и ослепило просителей, моментально сжегши дотла. И не только их... Он уничтожил всё живое, насколько хватало глаз. Плавя камни в жидкое стекло, а в озере испаряя воду, огненный джинн огромными и длинными руками вырывал деревья с корнем, а те, что не сгорели мгновенно, отбрасывал далеко от себя пылающими брёвнами. В озере обуглилась рыба, а плодородная почва была уничтожена страшным огнём, до основания. Теперь там жёлтый песок, а не зелёная трава...