Авантюрист нащупал под складками одежды стилет, с которым он намеревался уже не расставаться, ни на минуту, шестым органом чувствуя, что за ним будет охота. Сразу же вспомнилась лилит. «Интересно, — навеяло ему грустную мысль, — та встреча была случайностью или нет?»
— Где Пинкертон, — поинтересовался Грог у Бориса, — вы его не забыли отвязать?
— Пошёл Жору с Люськой кормить в трактир средних кварталов «Завтрак Кентавра». Он почему-то решил, что в том заведении всё твёрдо завязано на традиционном рационе, соответствующему названию заведения.
— Что-то я не слышал, чтобы кентавры сено жевали, — задумчиво протянул Авантюрист. — Надо бы проверить.
В это время вернулся Пинк, в сопровождении копытных друзей, громко ругаясь и плюясь. Из сбивчивого объяснения, Грог понял — свежего сена здесь нигде не подают.
Трактирщик «Кент» барабанил копытами за стойкой, а официант «Тыпытым» весело бегал между столов, разнося заказанное клиентам. Миранда до сих пор не могла привыкнуть к такому разношёрстному обилию народа, представленного разнообразными расами, нашедшими временный приют под сенью питейного заведения. Она дико озиралась по сторонам и всякий раз вздрагивала, когда кто-нибудь громко просил у официанта добавки. Жора с Люськой жевали заморскую капусту, а Борису оставалось только молча изучать экзотическое меню. Сюзи с Эллимой весело щебетали между собой и, казалось, что их не интересовало происходящее под местным солнцем. Руди, время от времени, вмешивалась в их разговор и все трое выглядели вполне счастливо. В трактире заметно потемнело и официант зажёг масляные фонари, которые нещадно коптили, но свечи, в целях экономии, приберегали на чёрный день или на торжественный случай. Народ, порядком засидевшийся за столиками и вдоволь нанюхавшийся ароматов копытной кухни, включая пролитое на скатерть, подался к выходу из заведения: икая, зевая и отрыгивая.
— Свиньи! — крикнула Руди, последнее время страдающая раздражительностью.
— Тоже мне — белоручка, — парировал Грог, в результате чего назревал грандиозный скандал, который с трудом удалось предотвратить.
Приключенцы, не спеша и обдумывая, каждый про себя, полученную в городе информацию, пришли на пирс, где во всей красе стояла шхуна «Люська». Встретивший их у трапа капитан отрапортовал:
— Дрова, уголь, матрасы и матросы — на борт погружены!
В этот момент Грог понял, что до утра помышлять выйти, куда бы то ни было: хоть в море, хоть в реку — не имело возможности. Да и ещё, кое-какие дела, задерживали отправку корабля.
— А зачем новые матрасы? — поинтересовался Пинк.
— Новые соломенные, — ответил капитан Стив. — Их менять легко: сжёг начинку и порядок, а из старых клопов не выкуришь, окопавшихся в ватине. Да и зачем моряку матрас, когда гамака будет достаточно?
— Правильно, — сказал Авантюрист. — Люська их сожрёт ещё до того, когда моряки спать соберутся. Так что, действительно: гамак лучшее решение морских проблем с бытом простых трудящихся, то есть — моряков.
— Всё гениальное просто, — подтвердил Борн незыблемую истину и поднялся по трапу на борт корабля.
Ночью Эллиме приснился красочный и очень странный сон. Она на берегу моря в коротенькой юбочке, не свойственной эльфийским женщинам, с кем-то вдвоём: то ли встречала рассвет, то ли любовалась закатом, озарившего небо пронзительно лиловыми блёстками. Иногда ей казалось, что это свет далёких звёзд. Сиреневые перистые облака окрасились, от них, таким же цветом и загадочно переливались в лучах местного светила. Эллима не знала того, что звёзды не могут осветить облака, а если бы и знала, то это бы не имело никакого значения. Сон, есть сон… Морской песок и окружающая растительность не отставали в живописности. Весь мир грёз погрузился в сиреневую свето-цветовую гамму, завораживающую своей игрой…
…
Грогу, во сне, привиделось, что он всё той же метлой шуршит по улицам того города, который снился Эллиме. Он был готов поклясться, что видел её на другой стороне улицы! Дежавю…
Глава шестая