После смерти моей жены мне не хотелось находится в моей квартире. Всё тут напоминало мне её. И в ушах у меня всё ещё звучали слова, брошенные ей во время перебранки между нами. «Ты будешь искать меня в каждом углу!». Да, я искал её в каждом углу.
При первой же возможности я уезжал в Brooklyn, в See Gate. Когда я приезжал в See Gate мне казалось, что я попадаю в 16 век Польши. По улицам спешили мужчины в высоких меховых шапках или в чёрных шляпах с широкими полями, в чёрных длиннополых сюртуках, коротких штанах, а их тонкие или толстые ноги облегали белые чулки. Я обычно приезжал к вечеру. Лизa сказала старикам, что я её муж, и поэтому мне разрешалось оставаться на ночь. При виде Лизы сердце радостно билось и я забывал сколько мне лет. И только таблетки для понижения давления, лежащие в пластмассовой голубой коробочке, напоминали мне о моём возрасте.
Вечерами мы гуляли с Лизой по берегу океана. С нами на поводке шёл Мах. Мах полюбил Лизу и ревновал её ко мне. Когда я обнимал Лизу ему это не нравилось. Мах протискивался между нами и пукал. Мы стояли на берегу моря и наблюдали закат солнца. Потом мы возвращались домой. На крыльце сидели наши старики. Старуха любила поболтать, а старик всегда молчал, полузакрыв глаза. Мы приходили в комнату Лизы и ложились в одежде на кровать. Лиза снимала свой лифчик — он жал ей, и я видел, что у неё одна грудь.
— Лизa, а может мы сделаем тебе грудь?
— А где я возьму деньги?
Я заметил, что когда дело касалось денег она паниковала.
— Деньги? Деньги я тебе дам.
— Я никогда не смогу их тебе отдать.
— А я и не прошу, чтобы ты мне их отдала.
— Любимый, какой ты добрый!
— Ага, — передразнил я её.
Шли дни. Я всё больше и больше привязывался к Лизe. И вот наступил день, когда я приехал в See Gate и не застал там больше Лизы. Старики, как всегда сидели на крыльце.
Приближалась осень — бабье лето. Листья только начинали менять свою окраску. Старик, как всегда молчал. Скулы его двигались. Ему, наверно, мешала вставная челюсть.
Старуха на меня как-то странно посмотрела.
— А вы разве не уехали с Лизой? — сказала она с удивлением.
Я удивился вопросу.
— Куда уехал?
— В Австралию. Лиза мне сказала, что вы получили наследство от родственника в Австралии и едите туда вместе с ней для того, чтобы всё, как нужно, оформить.
Меня охватила паника и я побежал на второй этаж в Лизину комнату. В комнате ещё улавливался запах Лизы, но её там не было. Я сел на кровать и уткнулся головой в подушку, на которой спала Лиза. Я смотрел в окно на океан и пытался понять что же произошло? Меня пронзила мысль: а что, если она меня обворовала? Я проверил в бумажнике мои кредитные карточки. Они были на месте. Я взял телефон. Вышел на страницу моего банка. У меня был высокий кредит. И я увидел на кредитном счету покупки, покупки, покупки и все из самых дорогих и престижных магазинов Нью Йорка.
Эта дрянь пользовалась моей кредитной карточкой. Подлая, подлая Лиза
Похоронный дом «Вечный покой»
Катя Караулова, не молодая уже женщина, выглядела молодо. А помогали ей выглядеть моложе стройная фигура, нежная кожа лица и красивая грудь. Катя следила за собой. Утром, натощак, Катя выпивала четыре стакана кипячённой воды с лимоном, придерживалась здоровой диеты и ещё она занималась йогой. В Америке Катя жила одна, снимала квартиру-студию в Квинсе — районе Нью Йорка. В России у Кати осталась семья: старая мать, взрослый женатый сын и маленькая внучка, которую Катя очень любила. Катя им всем помогала. Личная жизнь Кати не сложилась. У неё был муж-алкоголик, бывший мент, где-то в последнее время работающий охранником. Катя много лет была с ним в разводе. Но и ему Катя помогала. По началу жизнь в Америке у Кати была не легкой. Она жила в няньках, убирала квартиры, работала продавщицей и училась по вечерам в школе программистов. Учение Кати давалось не легко, хотя она и изучала когда-то бухгалтерский учёт в техникуме на своей родине в России. Выучившись кое-как программированию, Кате удалось устроиться в одну очень солидную американскую корпорацию. Было такое время — промышленный бум, не хватало работников. Все шло очень хорошо. Катя работала, помогала родным и скопила достаточно денег, что позволило ей купить не дорогую квартиру. Но времена меняются. Бум закончился, началась рецессия и Катя потеряла работу. Катя получала пособие по безработице, упорно искала работу, но ничего не могла найти. Время летело быстро. Ещё немного и заканчивалось пособие по безработице. Сбережений у Кати не было. Катя не знала, как ей быть дальше. Но помог случай. В соседней квартире, рядом с Катей, жил толстый старик. Катя всегда видела его одетым в одно и тоже: потертые джинсы и футболку. Катя с ним здоровалась, но никогда не разговаривала. Видимо у Кати был такой несчастный вид, что старик с ней заговорил на очень плохом, ломанном русском, когда они оба стояли на лестничной площадке и ждали лифт.