Количество людей удвоилось — у входов, у кабинета, у моей спальни замерла охрана. Не понять, кто волк, а кто человек: одни избегали моего взгляда, другие шарахались в сторону . На поясах,некоторых присутствующих, красовалась кобура из которой виднелся обух пистолета.
В моей голове не стыковались такие изменения. Дом и жилой район людей больше напоминал времена балов и светских бесед. А тут полная современность. Эти оборотни напоминали больше мафию, чем стаю.
Мое состояние улучшилось, что позволяло мне гулять, сидеть в комнате я была не намерена. Посетив кухню и отведав завтрак. Пыталась разговорить Тиабат, та потупив взгляд, бормотала что-то о «занятости». Интуиция звенела тревогой. К Альфе.
Кабинет рядом. За дверью — гул голосов, будто рой ос. Прислонилась к косяку, ловя обрывки фраз:
—Уокер, что предлагаешь? — голос Краста, холодный и ровный.
—Подготовиться к худшему. Действуем по плану из документа. — Шорох бумаг.
—Здраво. Исполняй.
—Как прикажете, Альфа.
Люди на входе разошлись. В толпе мелькнула фигура в кожаной куртке с вышитым ястребом на плече. Выудив момент, протиснулась в кабинет. Сложно это назвать проникновением, ведь окружающие отступали на почтительное расстояние , даже не видя меня. Подошла вплотную, вцепившись в рукав Сетуса:
—Что происходит? — прошептала, поднявшись на цыпочки.
В комнате ещё оставались люди: четверо мужчин с картами, женщины со стопками отчётов. Краст стоял у окна, силуэт чёткий на фоне рассвета.
— Всем покинуть помещение, — скомандовал он, не оборачиваясь.
Дверь захлопнулась. Всё ещё держась за его рукав, я уставилась на него, чувствуя, как тревога сжимает горло.
— Твой отец перешёл границы моих земель. И движется сюда с войском. — он закатил глаза, будто говорил о надоедливой мухе.
–Зачем?
Сетус посмотрел на меня с удивлением.
–За тобой!
Вздрогнула, это тело помнило ужасы и боль, что испытывало долгие годы. Память ударила обрывками: крики, боль, замок подвала. Лоб покрылся испариной, сердце забилось, будто вырываясь из клетки. Дрожь пробежала по спине, желудок сжался в узел.
–Он... – Голос предательски дрогнул, и я вцепилась ногтями в ладони, пытаясь скрыть дрожь. – Так настаивал, чтобы отправить меня сюда. Зачем теперь забирать?
Его клыки блеснули . Краст медленно обошёл меня, как хищник вокруг раненой добычи. Запах ромашки и сосновой смолы ударил в нос, когда он наклонился к уху:
– По закону... – Он наклонился так, что я ощутила его дыхание. – Я должен был подарить твоему клану жалкие земли, и повышение статуса. Закрепить союз контрактом. Но я выбрал кражу. – голос прозвучал на грани рычания. – Без переговоров. Без его условий.
–И ему ни чего из-за этого не достанется?
–Нет, –– Тень пробежала по его лицу. Золотистые глаза вспыхнули. Ладонь с получеловеческими когтями прижалась к моей щеке, заставляя кожу гореть.
–Как хорошо, – тепло растекалось по телу –Вы меня ему не отдадите?
– Ты думаешь, я позволю кому-то отнять своё?
Нервный смешок сорвался с губ. Я откинула голову, невольно обнажая шею.
– Значит теперь..– Выдохнула, ненавидя дрожь в голосе.
–Как я могу? Ты прошла ритуал, по собственной воле вступила в стаю.– клыки скользнули по коже.- Но ты вольна выбирать свой путь. Не держу. – его дыхание смешалось с моим, горячее и прерывистое.
–Ранее уже говорила, что доверила вам свою жизнь. И некуда не уйду. – сердце билось до боли часто.
–Если он нарушит ещё правила и законы, то наказание смерть, – его ладони легли на талию, обойдя он смотрел прямо мне в глаза.
–Поступайте так, как считаете нужным...– в груди все сжалось.
–Как ты жестока к своему отцу. Страшный человек,– улыбка ,клыки, утробный рык.
–Нет, мой отец страшный человек. – Голос разбился о ком в горле. –Тело не обмануть, боюсь до чёртиков своего отца. Все шрамы и боль дело его рук. И уж лучше буду плохой дочерью и отдам жизнь отца в его собственные руки. Чем вернусь в тот проклятый дом, – не сводила взгляда с Краста.
Рычание потрясло воздух. Спина ударилась о стену, но прежде чем я успела вдохнуть, он уже прижал меня, превратившись в полузверя.
–Ты видела как я убиваю, боишься меня?
Я впилась ногтями в его гриву. Не от страха – от ярости, внезапной и всепоглощающей.
–Не боюсь, – Шёпотом, глядя в горящие глаза.
Его рука остановилась у моего горла, напоминая, насколько легко он мог бы сжать пальцы, пришпилив к стене. Я услышала глухой стук собственного затылка о стену, прежде чем он опустился на уровень моих глаз. Пальцы огрубели, превратившись в волчьи когти, которые царапнули кожу у линии волос.