Я слышала как деревянная спинка кровати трещала под его сжимающимися ладонями, голос срывался на повышенные тона. Мне казалось, иногда, из рта брызгала слюна. Вены на висках вздулись, глаза наполнялись кровью.
Это не было воспитанием. Не заботой. Даже не жестокостью из слепой ярости. Это было сознательное подавление — медленное, выверенное, лишающее права на выбор. И я это понимала.
Кивнула, лишь бы он ушёл . Мной овладел дикий страх. Физическая боль пересекалась с судорогой. Холодный пот и жар, слились в сильнейший озноб. Будто сейчас в комнате находится хищник угрожающий моей жизни. Он был страшнее разъяренного босса в конце месяца.
– Умница, а сейчас отдыхай. Скоро принесут ужин, – поправив пиджак. – В начале мы отпразднуем твоё двадцатилетие, а потом выполнишь свой долг.
Он вышел, оставив меня наедине с собой.
Ощущение животного страха всё ещё витало в комнате. По телу разбегалась мелкая дрожь, кончики пальцев похолодели. Этот мужчина вызывал не известные до этого эмоции. Он был опасен.
Оглядевшись, обнаружила себя в не большой комнате викторианского стиля. Цветовая палитра натурального дерева и нежно -голубой отделки, придавало свежести. Большая, раскидистая люстра с хрустальными листами. Стеллажи с книгами, на одной из полок стильный латунный торшер. Массивный шкаф из темного дерева занимал угол. Рядом туалетный столик, с большим овальным зеркалом в позолоченной раме. Окно от пола до потолка, закрытое тяжёлыми бархатными шторами с кисточками, легкая тюль выбивалась из роскоши. На кровати многослойное покрывало с геометрическим однотонным узором. По бокам две изящные тумбочки с эффектом старины, канделябры со светодиодными лампами.
Пахло книгами и цветами. Сквозь шторы пробивался тусклый солнечный свет, окрашивая комнату в золотистые блики.
****
В свое время, в школьные годы, меня увлекла архитектура. На уроке истории нам рассказывали об этапах ее становления и развития. Моему восторгу не было предела, невероятные творения людей, вызывали удивление. Но и разочарование наступило быстро. Всего через пару уроков мы перешли к следующей главе. Интерес рос, поэтому мою комнату заполонили книги посвященные строениям прошлого и современного мира.
****
– Удивительно,– прошептала себе под нос, – Бархатные шторы, светодиодные лампы. Куда занесло мое бренное тело?
Желание взглянуть на себя, стало нестерпимым. Не мои руки, говорили уже о многом. Ребра гудели, любое движение отдавало скрежетом костей и болью в груди. Дышать приходилось медленно, маленькими глотками.
Придерживаясь за кровать дошла до середины, нацелилась на столик. Расставила руки в стороны медленно направилась вперёд, затылок ещё ныл. Тело пошатывалось, ноги не слушались. Волосы, тяжёлые вьющиеся, свисали по плечам мешая обзору. Ночная сорочка, а по виду это именно она, была слишком длинная. Ухватившись за край столика, медленно села на пуфик, решительно взглянула на отражение.
На меня смотрели большие голубые глаза, маленькое аккуратное личико, длинная шея, изящные плечи. На вид не больше восемнадцати.
И тут меня накрыл приступ паники.
Отец, глаза и волосы которого не обманывают, хочет отдать дочь куда-то, чтобы она " легла" под того на кого он укажет. Неужели он настолько жесток? Бедная девушка она горевала, сотрясалась от своей судьбы. А теперь, мне придётся расхлебывать всё это?
Так, травма головы и рёбер, может она упала, может она тоже упала, мы погибли одновременно?
Тело затрясло, воздуха стало не хватать, дыхание участилось, тошнота подкатывала. Ладони вспотели, лицо побледнело, а грудь покрылась мелкими красными пятнами.
– Вера, возьми себя, а руки! – процедила сквозь зубы. – Ты взрослая ,ты справишься. Судьба дала шанс, возможность пожить. Да, не очень удачный момент, выбрала судьба, но я жива. А теперь выдохнула и продумала ,как быть дальше. Как действовать? - обхватив голову, сжимала виски, желая уменьшить нарастающую головную боль.
По стеклу что-то со скрежетом проехалось. Резко обернувшись пожалела, тут же сморщившись, сжав зубы поднялась. Отодвигая тяжелую штору, замерла. На меня смотрел волк. Серая шерсть блестела, взгляд изумленный, изучающий.
Стук в дверь, моё сердце ушло в пятки.
– Госпожа Агата, ужин. Вхожу, – уверенно произнесла женщина.
Горничная вкатила тележку с тремя тарелками, фужером и бокалом на нижней полке .Оставив её около кровати, быстро покинула комнату.
Вернув взгляд, не обнаружила необычного гостя. Задергивая шторы, обратила внимание, что это не просто окно, но и дверь ведущая в палисадник.