Руки затряслись от одного вида еды, живот заурчал, как только аромат коснулся носа. Вскоре сытая лежала в позе звёздочки. Теперь живот ныл от тяжести.
Девушка в отражении выглядела худой, синяки под глазами, кожа сухая. Такое ощущение, что желудок не привык к таким объемам еды и скорости поедания. Веки становились тяжёлыми, тянуло в сон. Зевнув поморщилась, грудь пронзила острая боль.
– Завтра, что будет завтра? Они ведь не знают, что я другой человек. А человек ли? - ведя диалог с самой собой, в голове, продолжила мысль. – Помню мягкие ушки и частично пушистую морду. Нет. Нет. Точно нет.
Меня разразил смех. Истерический, перешедший в икоту. И болезненное — ой. Приподнявшись, продолжала икать. Выпила полный бокал воды, задержала дыхание поднимая руки вверх. Выдохнула.
Как фанат книг и фильмов про оборотней и вампиров. Вдруг меня озарила на редкость фантастическая мысль.
– Ох нет, не может быть , что я в мире с фантастическими существами? – шёпотом с легкой ухмылкой подкатила глаза. – Но если я не человек, то давно бы зажили раны. И тот волк в палисаднике, очень уж подозрительный. Не верю все таки в то, что являюсь каким то иным существом, нежели человек!
Уговорить себя выкинуть из головы дурные мысли, успокоиться, нацелиться на выживание, получилось не сразу.
Но усталость взяла свое. Приняв, вновь, горизонтальное положение. Пыталась справиться с холодом, казалось промерзли кости. Теперь там льдинки. Проваливаясь в сон, слышала как они звенят.
Погибшая юная дама.
– Отец нет! Прошу не продавай его! – рыдая, сидела на полу, девушка, держала отца за ногу.
– Агата, знай свое место. С этим отродьем я волен делать, что желаю, пошла вон! – он с силой толкнул дочь.
Повалившись на бок , девушка не переставала рыдать.
– Надеюсь мозгов у тебя по прибавиться, как только этот смазливый щенок свалит из моего поместья, – смотря сверху вниз , задрал подбородок ухмыляясь.
Девушка заливалась слезами, воздуха не хватало, а слова застряли в горле.
–Хватит ныть! За последствия не ручаюсь! Замолчи!– кричал сжимая кулаки.
Не дождавшись, пока дочь успокоится, резко, он толкнул её так, что дыхание выбило из груди. Боль была резкой, унизительной — и абсолютно недопустимой.
–Вот и славно, – наклонившись, схватил за волосы, – Еще звук и будешь ночевать в подвале.
Она замолчала — не потому что приняла происходящее, а потому что понимала: сейчас любое слово может стоить слишком дорого. Это было молчание выживания, а не согласия.
Глава 2.
Глава.2.
Вера - Агата.
Всё оказалось сложнее, чем я думала. Служанки ,горничные , швеи - они нагрянули с рассветными лучами. Без стука и малейшего предупреждения, скинув одеяло, они подняли меня . Молча, не обращая внимания на болезненные стоны. Распахнув шторы открыли стеклянную дверь. Теплый ветерок влетел в комнату с рассветными лучами. Одевая, умывая меня, приводя в порядок комнату, вымеряя и подкалывая ткани. Суетились словно пчелки, не беспокоясь о моем физическом состоянии. Белоснежная ночная сорочка колыхалась из стороны в сторону, ни смея коснуться и миллиметра открытой кожи, действовали незаметно. Тут же наряжали в платье, заплетали. Тело ныло, дышать тяжело, голова кругом, а корсет крепко сжимает ребра.
–Просим к завтраку, –стоя по струнке вдоль стены, одна из служанок указывала на выход.
****
Я опешила, поведение не привычное и диковинное. Что делать? Как реагировать? Как отвечать? Этикет ,нужен или нет? Как обращаться к новоявленному отцу?
Молчание - лучше любых действий. Пусть думает, что бунтую, обижена до глубины души, не желаю и слова вымолвить. Постараюсь кивать, реагировать спокойно на происходящее. Не уверена, что смогу долго сохранять свою тайну. Можно попробовать сослаться на удар головой, попробовать вариант частичной потери памяти? Существуют ли в их реальности данные понятия... Ситуация крайне сложная. Мягко говоря ,конечно. Ну ничего это всего лишь первый день в новом месте. Не имею другой цели, следую намеченному плану: –выжить.
****
Служанка следовала впереди, что-то лепетала про погоду, мой цветущий вид. Что у отца прекрасный вкус и платье, выбранное им же, просто великолепно. Мне в этот момент хотелось просто дышать. Корсет сжимал грудную клетку так, будто внутренности подступали к горлу . Отсутствие еды в желудке как раз кстати. Даже без нее тошнило.
Дом прекрасен, видела такие в кино: принцы, принцессы, джентльменские поступки и классическая музыка, напоминало век XVII- XIX. Постепенно взгляд начал хватать предметы, которые не стыковались с возможной эпохой. Уже замечала их в своей комнате. Лампа в люстре очень похожая на энергосберегающую, горничная натирала окно держа в руке пульверизатор из моих воспоминаний. Раздалась трель, вздрогнув посмотрела в сторону звука. Впереди дверь, столик на котором стоит телефон, один в один офисный телефон. К нему подошёл мужчина пожилых лет, поднеся трубку к уху, отчеканил.