****
Сознание вернулось.
На полу у кровати, стоя на коленях, Лиам, я сжимала край его рукава. Свободной рукой он поглаживал мою. Взгляд до тошноты сострадающий.
****
Кто же он? Его образ вызывал во мне чувство давно забытое, чувство бабочек в животе. Я так скучаю.
****
–Госпожа Агата, не шевелитесь, доктор наложил швы, вам необходимо лежать, –поднявшись с колен, встал у кровати. –Я должен кое -что сказать, –замялся, глаза забегали из стороны в сторону.
–Говори,–еле выдавила из себя.
–Внутри корсета были спрятаны острые элементы, кто-то намерено это сделал, –его кулаки сжались.–К сожалению слуги мне не признались. Надеюсь, когда ваш отец вернётся он...
Не успев договорить, дверь распахнулась без стука.
–Очнулась,–отец выглядел спокойно, –Лиам молодец, что всё выяснил,– его глаза сузились, он продолжал смотреть на меня. –Напоминаю Агата, без глупостей, после завтра торжество и,–он подошёл ко мне вплотную, сёл на край кровати, положив ладонь на живот . –Лиам ,выйди!
Покинув комнату максимально быстро, напоследок одарил меня беспокойным взглядом.
–Дорогая моя, это тебе моё наказание, –глаза обдавали холодом. –Запомни даже там, у него, ты будешь моей дочерью! И я смогу управлять твоей жизнью. — Ты будешь делать то, что я прикажу, — произнёс он холодно. — Я лишу тебя выбора, если сочту нужным.
Его слова были не воспитанием и не заботой — это была прямая угроза, форма контроля, за которой скрывалась жестокость и злоупотребление властью. Он наслаждался страхом, и именно это делало его по-настоящему опасным
Меня колотило, тело напряглось, а адреналин заставлял действовать, мне хотелось бежать, бежать как можно дальше!
–Ты меня поняла, милая дочка!
Я не могла пошевелиться.
–Отвечай! - крикнул.
С трудом кивнув. Сглотнула, пытаясь не заплакать.
–Молодец, будь примерной дочерью,–отстранившись, произнёс совершенно иным голосом. –Завтра, ты с Лиамом выйдешь в город, купи себе украшения на свой вкус. Отправитесь с утра. И, переоденься, - оглядел меня с брезгливостью,-Отвратительно выглядишь.
Отец покинул комнату. Просто вышел. Дверь закрылась, дав мне шанс на слабость. Слезы текли по щекам, беззвучный крик, и душевная боль. От него нет спасения.
Стук.
–Госпожа, можно? –это был Лиам.
–Нет, –громко почти навзрыд вырвалось у меня.
Впервые столкнулась с таким ужасным человеком. Страх, наполнял меня. Что же он делал с ней, что творил с телом и разумом своей дочери? Он определённо сумасшедший, жестокий и коварный.
Меня колотил озноб, но вместе со страхом рождалось упрямство. Если он уверен, что сломал меня — значит, я обязана доказать обратное. Не сегодня. Но однажды.
Перевернувшись на бок, спустила ноги, опираясь руками о кровать приподняла тело, медленно встала. Морщась от боли прошла к шкафу, на внутренней стороне дверцы, зеркало в полный рост. Когда, меня одевали, утром, заметила его. Шторы задернуты. Ощущение болезни, ломота в теле и мурашки. Такое чувство, что скоро свалюсь с лихорадкой.
У зеркала медленно нагнулась собирая кровавую сорочку в складки , порванная с подтеками до бедер. Алая в центре, растекаясь становилась грязно- желтой. Стянула её с себя стараясь не причинить слишком много боли. На мне были лёгкие трусики на мягкой резинке, немного широкие и что-то на подобии лифа из тонкой кружевной ткани. Отражение показалось чужим. Тело хранило следы травм — старых и новых, слишком многочисленных, чтобы быть случайными. Старые рубцы и шрамы были следами не «наказаний», а многолетнего насилия. Ни один из этих следов нельзя было оправдать — это были доказательства жестокости человека, прикрывающегося властью и родством.
Руки начали холодеть, ком подбирался к горлу. Надев сорочку, висевшую на плечиках, поковыляла к постели, практически упала. Всё так давило на меня, горячие слезы обжигали лицо, дыхание сперло, а боль была сопровождением всего этого кошмара. Всхлипывала, не видя ни чего перед собой.
****
Как же теперь быть? Боль и усталость путали мысли, но одно было ясно: подчинение — не выход. Если этот человек считает себя хозяином моей судьбы, значит, мне придётся научиться быть сильнее, чем он ожидает.
Скорее всего он делает всё с целью получения большей власти. Похоже, что побег не выход, может заручиться поддержкой будущего мужа? Попытаться перетянуть его на мою сторону, постараться очаровать? И.... И что? А вдруг этот мужчина будет стариком. Может он тиран и запрет меня для рождения наследников?
****
С каждой мыслью становилось всё хуже, но когда слезы закончились, а подушка стала совсем мокрой от них. Разум успокоился и пришёл сон. Без сновидений, темнота да и только.