- Выслушай сперва… Ты должен вернуть всё, что успел отхватить в банке.
- Значит, свою долю украденного вы уже вернули? – продолжал язвить Сергей.
Вася зло блеснул взглядом, но лицо его не шевельнулось.
- Какую долю?! Чего ты мелешь?! Дело провалил ты. У меня лично претензий к тебе нет. Но Кузнецова настаивает, чтобы ты вернул долги, - продолжал говорить он в своей ленивой манере.
- У меня нет денег, - вздохнул Сергей равнодушно.
- У тебя есть дом, квартира и машина. И ещё пару сотен тысяч «зелени» наличкой. Этого хватит, чтобы уладить дело.
- Какие ещё пару сотен? - Поморщился Сергей.
- Мы прикинули, сколько примерно стоит твой дом, и решили, что у тебя должен быть излишек в загашнике.
- Вы меня чересчур грузите. Ещё говорю: бабок у меня нет.
Лицо Васи исказила злобная гримаса, он отвёл свой остекленевший взгляд в сторону и снова направил его на Сергея, напоминая этим движением манёвр хищника, сделавшего обманный круг и опять набрасывающегося на строптивую жертву, но с другой стороны.
- А ты хорошо поищи. Поройся под матрацем.
- Нет у меня ничего… А уже если вам так приспичило выместить на мне её обиду, то я могу подумать насчёт этого дома. Пусть подавится, - устало проговорил Сергей, будто утомился от прилипчивых визитёров, показывая, чтобы они поскорее убрались.
Сергей дал им понять, что он во всём разобрался: что их наезд на него – лишь незначительная уступка Ольге, которая, кроме этого, ничего потребовать от них не могла. Следовательно, банк уже был под их контролем, Ольга уступила им, и её требование отомстить Сергею для них мало что означает в смысле влияния на банк, - Ольга тоже фигура, сыгравшая свою роль. Они скоро заменят её. Тогда реальность их угроз равносильна силе бандитского слова, которое может быть столь же обязательным, сколь же и обманчивым. Стали бы они держать того, в ком мало нуждаются и кого намерены сместить? Вероятно, нет, тем более если Сергей докажет им, что они заинтересованы в нём больше, чем в Ольге. Но как это сделать?
- Нечего тебе думать! – Вася резко встал, демонстрируя своё недовольство упорством собеседника. – Готовь дарственные на всю свою собственность. Наш знакомый нотариус оформит договор. И про пару сотен кусков не забудь. Неделя тебе срок. Будь здоров.
Визитёры не задержались ни на секунду, ушли, всем своим грозным видом обещая неприятности, если он не выполнит их условий.
***
- Готовы документы? – нагло спросил Вася с самого порога.
- Готовы. Подождите меня в гостиной. Я оденусь и возьму документы, - сухо сказал Сергей и поднялся на второй этаж.
Он одевался неторопливо, собирался с духом, стараясь в предстартовой суете не расплескать решимость, которую накапливал для своего дерзкого и страшного замысла. Нет, он ни за что не отступит перед ними. Даже интересно узнать: как это убить человека?! Он пытался возбудить в себе презрение к ним, чтобы недрогнувшей рукой нажать на курок.
Он вынул папку из ящика стола и пистолет «Макарова» с глушителем, опустил флажок предохранителя и сунул пистолет за пояс. Прислушался, приоткрыв дверь: они спокойно говорили, значит, были уверены в его капитуляции. Что ж – пора…
- Вот документы, - сказал Сергей хладнокровно и протянул им папку.
Папку почему-то взял Виктор и открыл её, чтобы удостовериться, - роковая дотошность, усыпившая бдительность.
- Всё там есть? – спросил Вася. – А бабки?
- Бабки… - и Сергей потянулся как бы во внутренний карман пиджака.
Потом всё происходило плавно, как в замедленном кино: вжикнул пистолет, лениво выскользнув из-за пояса, и вот он уже смотрит в грудь ничего не понявшего Виктора, который всё ещё с любопытным удивлением моргает своими свиными глазками, - до этого самоуверенного придурка никак не дойдёт, что на него выпал роковой жребий показательно превратиться в труп ради утверждения всей серьёзности происходящего. Сергей нажал раз на курок… второй…третий… Всё оказалось очень просто и даже забавно: глухие отрывистые хлопки и мягкие пружинистые толчки отдачи. Жертва дёргается в унисон нажатия на курок, как марионетка, с каким-то приглушённым придыханием, будто кончаясь не от пуль, а от икоты – иэкх…иэкх, - которая гаснет на третьем разе, и жертва обваливается на подлокотник кресла, словно кукловод бросает её как ненужную игрушку. Даже обидно, что так всё быстро закончилось. Не верится, что Виктор уже мёртв.