– Но вы же сами всё слышали.
– Что слышали? Сирену? Послушайте… – отставила стакан.
Мира хотела назвать её по имени, вот только не задача. Не вовремя забыла, а может и вовсе не знала. Имя крутилось на букву «З», но почему-то догадка казалась ложной. Врач после продолжила с небольшой заминкой:
– …Нечего тут волноваться. Сперва успокойтесь, а потом идите заниматься своими делами. Работы и так по горло, а вы нам… только графики все сбиваете.
– (Тревожно) Но, но даже электричества нет. Как я могу работать с детьми?
– Как-как, по-старому. Учебники отройте. Займитесь письмом, а не гоняйте без толку новомодные приблуды и интерактивную доску. В слух почитайте. Это вы у нас литератор, а не я. Придумайте… Фантазию включите. В общем… поняла.
Мире ой как не понравилось, что ей насильственно придётся выколачивать за дверь практикантку, хотя в своё время, самой было ничуть не проще.
– (Настойчиво) Всё милочка, идите. Сеанс окончен. Возвращайтесь к своей работе, к спиногрызам, и прочим приятным для души вещам…
Девушка продолжала стоять на своём месте, выжидая пока её не выслушают до конца. Подобная упёртость жуть как выбешивала.
– (Недовольно) Ну что ещё? – всучила руки в бока. – Что вам не понятно?
– (Встревоженно) А стуки? А как же стуки?
– Какие ещё стуки? – возмущённо посмотрела. – Может… они там… ремонт затеяли. Технику повредили… Какая разница? Идите работать. Это не ваше дело.
– Ну вот же, вот… Вот, – подняла палец, – послушайте. Только помолчите, – подошла чуть ближе к стене.
Уже скептически настроенный врач, в штыки воспринимала информацию, особенно сумбурную бредятину из чужих губ. Из невозмутимой, стоящей позы, села на край стола. Ещё сильнее нахмурила брови. Перебросила ногу за ногу. Хотелось глазами неумёху пожрать. Она ждала любого краха, намекающего на то, что жертва – крайне не права. Только цокот каблука разбавлял затянутую тишину. Нервы постепенно истончались.
Неожиданно для обеих раздался толчок небывалой силы. Стены не то, что завибрировали. Затряслись. Сердце сжалось в груди. Доктор чуть ли не рухнула, дрожащими ногами на сгибе удерживая шаткий баланс. В отличии от неё, с полок попадали некоторые экземпляры книг, а также маленькие стенды фотографий. Кроме того, затряслись и бутылочки с водой. Стало реально страшно. Помощница отшатнулась к стене. Пара замерла в оцепенении. Страх не давал шевельнуться, словно натыкаясь вслепую, впотьмах на мину. Испуганно тупили на друг дружку, пока ещё один громогласный удар, не открыл глаза.
Ещё один не менее важный толчок, подтолкнул к ускоренному провидению диалога. Мира отшатнулась и тут же ринулась к двери. Схватила практикантку за плечи. Тотчас же принялась свой план объяснять:
– (Испугано) Слышишь меня?!!! – встряхнула. – А ну живо беги за детьми!!! Запрись с ними в кабинете… Укройся!!! Делай что угодно, но ни один ребёнок, слышишь, ни один не должен выйти из кабинета… Ты меня поняла?!! Поняла?!!!
– (Испуганно) А вдруг это… опять землетрясение?
– (Испуганно) Не важно, что это! Тут прочная конструкция! Выдержит всё! Тут некогда объяснять. А ну живо возвращайся! – встряхнула. – БЕГИ!!!
До студентки с трудом доходила информация. Она пребывала в лёгком подобии шока. Встряхнув ещё раз как следует за плечи, та наконец ожила. Угроза соответствовала гримасе оппонента.
– (Испуганно) П-поняла. Бегу, – мигом ринулась на утёк.
Девчушка напоследок мотнула головой и скорёхонько двинула прочь. Мира тоже как ужаленная сорвалась с цепи. Торопливо добежала до ближайшего угла. Мигом вскрыла крохотный, подвесной шкафчик с медпрепаратами. Наголо. Без ключа. Локоть точечно попал в центр матового стекла. Прозрачный крест треснул на долю секунды, после чего дверца полностью развалилась. Оставались висеть только металлические крепежи. Врач стала выгребать почти всё подряд.
В таких экстренных случаях, крайне не хватало походного набора. Ладони едва ли вмещали по жмене лекарств. Первое, что шло в ход – обезболивающее разных дозировок. Про запас нужно схватить пластинок. По пять штук в общей сложности легло в каждый карман. Следом громоздкие бинты. Они больше всего как раз занимали места. Упустить из виду их, значит пустить жизнь на самотёк. Плюс ко всему несколько гемостатических губок для глубоких ран. Перекись водорода для обработки. Четыре бутылька. Замыкают арсенал: баночка спрея от ожогов на всякий случай и антигистаминные таблетки. Вдруг у кого-нибудь аллергия на пыль или что-нибудь ещё. Материалы для фиксации повреждённых суставов, она уже не брала. Банально не помещались, как и другие ватные диски и защитные крема. Абсорбенты. Спазмолитики. Взгляд метнулся к боковым рядам. Вкладышам с перевязкой, таки нашлось место в последний вагон. Вмяла как надо. Утрамбовала. Последним оставался на гвоздике висеть транквилизатор. Мира ни разу не дотрагивалась. Он лежал запечатанным внутри ещё задолго до неё.