– Несложно, просто… заебало пьяных полковников по бабам развозить. Без конца ляпают. Надоело подкручивать. Проще намертво… закрутить.
– И какой толк? – расстегнул горловину рубашки. – В книжке-то, – кивнул.
– Стиль. В бумаге определённо есть… своеобразный стиль… и душа, а так, – покрутил ладошкой, – в принципе, больше ничего. Обычное, печатное гавно.
Водитель задумался, оборвав мысль на половине пути.
– (Внимательно) В общем, – бегло пролистал, – есть здесь у меня парочку… интересных заметок… Погодите… Сейчас всё… найду…
Подобная медлительность лишь раздражала. Приходилось терпеть.
Парень небрежно метал по сторонам бумагу, хлёстко выбивая ритмичность страницы. То постепенно наращивая темп, то надрывисто и быстро. В какой-то момент скорость падала на нет, возвращаясь с десяток листков назад. Оставалось разве что смириться. Бургунда сильно бесил такой ход. С куда бо́льшим размахом углубился в кресло. Швы лакированной, бордовой кожи стали наглядно трещать. Противоборство. Чей окажется громче подход. Наконец, удобное положение нашлось. Остановился. Замер на нужной ноте и шофёр. Корешок треснул по бокам и отправился в чужие руки. Реакции долго ждать не пришлось.
– Что это? – безэмоционально спросил.
– Как что, фотография. Целых две. Удивительно, правда? Свежие, печатные.
Парень колко посмотрел, но собеседник ничего не ответил.
– И что здесь такого… особенного, я должен увидеть?
– И вправду, – чуть ближе подсел, – на этой и впрямь ничего удивительного. Подумаешь, человека порвало на две половинки. По пояс нахрен откусило. Я вас прекрасно понимаю. Подобное, давно уже ни капельки не впечатляет, а здесь…
– Та же самая хрень, – перебил. – Два трупа, – прищурился. – Их что, прямо так, в одну кучу собрали? Был взрыв?
– Определённо да, – перевернул страничку. – Здесь два тела. На следующих по два. Ничего примечательного. Кто-то обгорел... Кто-то обуглился, а кому-то… проломили башку. В общем… 9 смертей…
– (Внимательно) Слушай, – перелистнул, – а чего цифры разбросаны не по порядку, да и… мест происшествий ничерта нет… Это что, стёб какой-то?
– Нет. Надо просто фотки номерами поменять, и тогда всё сойдётся. Дальше можно не смотреть. Ничего сверхъестественного. Не утруждайтесь… Ладно, – сел ближе на половину подлокотника. – Тут у нас, – ткнул пальцем, – осколок в глазу.
– Не надо мне тут… тыкать, – огрызнулся. – Я и сам прекрасно вижу…
– Хорошо… А у другого, – не сдержался, – пузо пробито. Кишки наружу… Же-е-есть. Последние, – лениво отмахнулся, – вообще неинтересно. Без внешних признаков насильственной смерти. Со страху, видимо, обе курицы и померли… Или это были козы?.. Про вскрытие тел даже можете не упоминать. Таких данных у меня всё равно нету.
– Ты что, – поднял голову, – суфлёром на полставки подрабатываешь, да?
– Нет.
– Тогда харэ… пиздеть мне под руку. И без твоих комментариев разберусь.
– Ладно, – отсел. – Молчу…
– (Сосредоточенно) Сколько девушек было?
– (Отстранённо) Три, кажется… Они все воткнуты в последнем ряду.
– Жалко конечно… – поотдирал уголок фотки. – Очень жалко. Молодые…
– Ага… симпотные… Особенно та, – кивнул, – что с дырой в черепе.
– (Сосредоточенно) Это, конечно, всё забавно, – ещё раз перелистал снимки. – Насколько давно был сделан оригинал?
– (Отстранённо) Не знаю… Лет пять… Шесть назад, наверное…
– Ясно. Всё теперь ясно с тобой. Тебя разъебать или пожалеть? Ай, держи, в общем, – протянул блокнот. – Очередная, бестолковая хрень.
– (Хмуро) Никакая это не хрень. Это ключевые снимки с места убийства.
– А место само где? – быстро пробежал. – Где? Я могу тебе столько херни случайной в подсети нарыть… Ужаснёшься. Эти снимки ни к чему не ведут. Трава и столы морга. Что они мне говорят? Что?! Да ничего. Это всё постфактум, а мне нужна суть. Изначальная суть. Где сопутствующие кадры локации? Где? Что за хуйню ты мне подсунул? Где местность? Где само помещение? Где орудия убийства, если таковые есть. Где оригинальные, полноразмерные копии? Где? А их нет. Ничего нет. Какая-то… подзалупная хуйня, которая никуда не ведёт. Ни на что не влияет. Малой, – поднял взгляд, – ты, видать, конкретно тронулся умом. На кой хер тебе эти снимки трупов сдались?.. Что, некрофил хочешь сказать?
– Тц, – недовольно цокнул, – ещё один старый пердун, которому хрен, что нормально объяснишь. Я, – тыкнул себе в грудь, – не больной. Это, считай своего рода хобби. Хобби коллекционировать списки нераскрытых дел.