Слова никак не повлияли на исход. Продолжала и дальше колотить.
– (Сердито) Что за дебильный возраст… Опять, опять сотое подтверждение этой ёбанной хуйни. Ну бляа-а-ть… Ну блять! – хлопнул по рулю.
– Вставай, – ударила, – вставай. Вставай. (Ожесточённо) Вставай, вставай!!
После нескольких истеричных шлепков всё же удалось призвать поганца к ответственности. Обвиняемый полностью сдался. Чреда сокрушительных нападок добила. Крепко сжимая кулачок, совсем не такого эффекта хотелось добиться.
– Ты что, плачешь?.. Серьёзно?! Это мне больно! Мне! Не тебе! Это ты у нас бесчувственная скотина!!
Паренёк в ответ разве что неуклюже отмахнулся, попав по губе и смазав тем самым немного помады. Ничего не сказал. Ещё больше зажался в себе.
Последняя капля моего терпения испарилась. Взмахнула и-и-и… не помню, конкретно попала куда, но-о… этого хватило. Кай… упал. Мягко сказано упал… Скорее… грохнулся с сиденья. Бли-ин, головой о дверь… Я в ужасе от себя, если честно… Совершенно не так хотелось высказаться. В любом другом ключе. Без насилия. Увы, всё пошло совершенно не так. Как всегда. Ничего нового.
– (Грозно) Бля-я-ть!!! – остановился у обочины. – Я сейчас вас удавлю! – развернулся. – Прекратили падла истерику!! Отсядь от него!! Я сказал ОТСЯДЬ!!! (Измождённо) Боже… – протёр глаза, – бо-оже-е-е… За что? Ну за что…
Стало чуточку стыдно… Да какую там чуточку. Максимально стыдно. Не от слов Бургунда. От себя. От своих постулатов и действий… Впервые в жизни я была неправа. Ещё как неправа. Меня автоматически тянуло к нему. Всему виной – вина, как бы банально это ни звучало, хотя… сам Пиранг провинился ничуть не меньше. Даже больше, но всё же… я сама перегнула и-и-и… обожглась. Стоило всё исправить и попросить прощения. Не знаю, что на меня нашло. Одного раза на исправление оказалось… недостаточно.
Первые несколько попыток, Бург действительно пробовал нас разделить, но я всё время сближалась. Единственный выход, который упоминался: «Связать по рукам и ногам. Бросить в багажник». Хорошо, что дело так и не дошло, правда, по выражению лица хотелось. Очень. Навряд ли он способен дойти до крайности, но взять, и скажем, отправить домой, точно не стоило труда. Щёлкнуть пальцами и увезти. Как пить дать, просто… повезло в который раз… Фигурально плюнул и поехал своей дорогой. Хотя бы за это я частично благодарна. На мне весел прямой груз ответственности.
Даже после всего, что я сделала – Кай спокойно поднялся, сел и вжался в самый краешек сиденья. Лишь бы не тревожили. Я-я-я… машинально стараюсь загладить вину, но в ответ… всегда получаю агрессию. Так мне и надо. За всё.
Следующая оплеуха не заставила себя долго ждать. Залетела в шею… таким болючим горчичником, что аж кожу зажгло. Успокоить, практически невозможно. Попытки хоть как-то сгладить положение, вечно оборачивались не той стороной. Отвергал, бил. По началу первые лёгкие шлепки. Потом пинки. Отталкивания, но под конец, они переросли в неосторожные, хаотичные удары. Истерика набирала обороты. Если не приложить достаточно силы, боль не закончится. Никогда. Уж я-то по себе знаю. Приходилось – тупо терпеть. Иного спасения банально нет… Да, оплошала. Я просто… обязана любой ценой оборвать круг боли…
– (Слезливо) Отпусти, СУКА!!! Отпусти!!!
Сквозь слёзы проносились обидные слова, но если дать слабину, то никогда себе не прощу. Как бы ни было больно – я смогу. Я… обязана…
– (Истерично) ОТПУСТИ ТВАРЬ!!! Я хочу домой!!! ДОМОЙ!!!
Ужасный вопль пробирает до самого сердца. Подмоги ждать неоткуда. Бург без конца косится, но влезать, пока не спешит. В случае чего он в любой момент остановит машину, и всё. Конец. Нельзя отступать, бросая дело на полпути.
Настал определяющий момент. Словила тычок. Подставила голову. Удар не сильный, правда стукнуло прямо по макушке. Хорошо загудело в ушах, зато я в ответ, крепко схватила за пиджак и прижала к себе, насколько это было возможно. Кай бесился, орал, пинался, но всё впустую. Максимум, что пострадали – рёбра и плечики. Пик активности постепенно спадал, но это ничего не значит. Он в любой момент, мог начать заново, соверши я очередную, мизерную оплошность. Левую руку, едва ли удавалось придерживать собой, в то время как другая, мотыляла в стороны. Тычки, что вслепую били по спине, и близко не сравнимы с замашками Гиля. То, как лупасили меня – земля и небо. Я реально могла погибнуть. За просто так. За обиду, которую причинила. За существование… как таковой на земле.
Злился. Злился как мог, кусая платье. Каждый последующий рывок казался слабее предыдущего. После нескольких попыток окончательно выдохся… Хвала богу сдался. Наконец. В итоге полностью расслабился и замолк. Озяб. Постепенно сполз ко мне на колени. Как же я паскудно ощущала себя… Как никогда, и всё же выстояла. Одержала победу, но какой ценой. Как же натянуто это звучит…