Силы кончаются примерно на 6–7 исчислении этажей, однако учитывая, как он рванул, выдохся уже на третьем. Каждая последующая ступенька давалась нелегко. То споткнётся, то на колени упадёт. Только площадка позволяла немного передохнуть. Через небольшой промежуток снова подъём.
Касательно нужной двери всё довольно просто. Она находится сразу возле лестничного пролёта наверх. Остаётся только свериться со старым ковриком и зайти. Замызганный, тряпичный, скомканный. Больше похож на половую ветошь, чем на полноценный ковёр. Оставалось разве что дойти.
На пятом силы окончательно ушли, а на шестом достаточно резко закололо в боку. Кай чаще сплёвывал, чем дышал. Для него такая дистанция сравнима, как спортсмену пробежать марафон. Что самое неприятное – нужный коврик по памяти не подходил. Этот сравнительно чист и ухожен. Мягкий прямоугольник. Неудобно вставать. Только голыми пяточками ласкать да любоваться. Ещё раз присмотрелся, сплюнул на себя часть слюны и дальше пополз. Не будь везде поручней, застрял бы ещё на прошлом этаже.
Когда промелькнула следующая площадка, эмоции завихрились. То самое место. Задрипанная, плешивая, протёртая до основания тряпка. Янтарная обивка двери поверх древесной плиты, обтянутая леской. Ромбовидный узор, который местами распустился. Облезлые, засаленные края наличников и порванный по центру крой ватой наружу. Ноги едва идут. Коробочка трепетно держится в руках, то и дело выскальзывая из вспотевших ладоней. Страх поджимает. Время убегает. Палец машинально касается звонка и зависает.
Спустя секунд десять мысль доходит до мозга. Сломан. Вместо, спокойного «постучать», кулак отбивает барабанный ритм. Никто навстречу не идёт. Парочка более интенсивных находок, делают звук громче. Пока глухо. Мысль ненавязчиво пролезает в голову. Вечность придётся отстоять.
– (Задыхаясь) Лоя…открой… Пожалуйста… Это я… Открой… – сильнее приложил кулак. – Открой… Ну, открой!
– (Хмуро) Хватит… – приоткрыла дверь, – долбить… Чего тебе?
– (Тяжело дыша) Лоя я это… Извини меня. Я не хотел тебе грубить… Я же не специально… Я не хотел… Правда. Клянусь…
– (Отрешённо) Передохни. Я никуда не спешу.
Примерно с полминуты Кай молча простоял, после чего сразу продолжил:
– (Запыхавшись) Пожалуйста, – протянул упаковку, – возьми…
– И что это?
– (Запыхавшись) Это? – посмотрел на руки, – подарок. Ну то, что ты забыла.
– Я ничего не забывала… Пока.
– (Испуганно) Не-не-не-не-не, – втиснул пальцы в щель, – не закрывай, прошу! Это подарок… ну тот… Блин-н… Ну когда, мы одежду с тобой выбирали. Из магазина… Точно!
– Ах да, вспомнила… И что?
– (Удивлённо) Как… что? Вот, – постарался просунуть, – держи…
Дверь полностью распахнулась, но подарок так и остался лежать в чужих руках. Девичья фигура выглядела гораздо суровее, чем в прошлый раз. Хмурое настроение. Злобное выражение лица. Любая оплошность могла лихо навредить. Лоя внимательно осмотрела обёртку, после чего скептически произнесла:
– И чего руки трясутся? А случаем не бомбу ли ты, хочешь подбросить мне?
– (Испуганно) Нет. Конечно же, нет. Здесь точно ничего подобного и быть не может. Клянусь, просто… Просто возьми. Прошу…
– Нет. Отнеси туда, откуда принёс.
– (Нервно) Не-не-не-не! Мне назад никак нельзя… Не мучай меня. Просто возьми… Сжалься надо мной… Прошу…
– Эх-х-х… – устало вздохнула, – ладно, – протянула ладошку, – давай сюда свою коробку, (вдумчиво) хотя-я-я…
Ему почти удалось всучить посылку, правда Лоя очень быстро руку убрала. Получилось так, словно воду хотят на неё пролить. На шаг отступила. Быстро восстановила осанку. Настойчивый, ответный жест решила пока приберечь. Голос стал мягче, но не настолько чтобы сразу простить.
– (Недовольно) Через порог, вообще-то, вещи не передают. Примета плохая. Заходи. Нечего на площадке орать.
– А ты-ы-ы… никак не можешь выйти там или…
– Если не хочешь… – послышался скрип двери.
– (Быстро) Я понял. Я всё понял. Можно мне тогда… войти?
– Проходи.
Вошёл. Дверь закрылась. Нрав ни капельки не изменился. Намерена пытать.
– Хватит держать, – вышла чуть дальше к кухне. – Можешь положить здесь, на тумбочку.
– Нет, не могу. Могу передать только в руки. Иначе никак.
– Мне… вот что непонятно, – развернулась с недовольным видом. – Почему тебе так не терпеться отдать её? Не положить, а именно отдать?.. Причём в руки. Не расскажешь ли мне?.. (Недовольно) Что, опять он заставил? Да?
– Ну… (неохотно) да, он. Возьми, пожалуйста, а то руки уже отваливаются.