Олег ушёл, попытавшись меня успокоить, сообщив, что положение е такое уж страшное, поскольку завести дело – это одно, а вот доказать факт отмывания денег – это совсем другое, в суде это довольно сложно доказать. Но, несмотря на это мне нужно создать вид хоть какой-то деятельности в магазине и студии, чтобы у этого деятеля вообще желания что-то затевать не было. Легко сказать! Хотя, с другой стороны, то же самое надо делать,чтобы ко мне эта тощая особь из отдела по борьбе с религией не приставала! Я прошёлся по помещению и заглянул за фон, за которым вместо стены была эта вот жуткая картина. Надо это всё убирать, но как? Мало того, что работы приличный кусок, так ещё и жутковато, честно говоря. Но делать нужно, причём желательно как можно быстрее. Может, кого-то попросить? Где ж найти такого , извините, дурака? Денег, чтобы заплатить за такую работу, у меня нет, следовательно, нужно искать какой-то другой стимул. А какой? И кого стимулировать?
И тут я вспомнил, что в соседнем дворе живёт один странный мужчина, который собирает всякие странности, у него два гаража и сарай забиты просто всякими вещами, которые он находит на свалках и даже мусорках. Потратив полчаса на поиск его телефона, я дозвонился до него и сказал, что есть чудное собрание вещей, которые могут его заинтересовать, но я их ему отдам только при том условии, если он заберёт и вывезет всё, а уж потом дома будет разбираться, что ему нужно, а что – не очень. Тот с радостью согласился и пообещал приехать как можно быстрее.
Нет, я всякого ожидал, знал, что он странный, но не до такой же степени. Ему лет 40, а то и больше. Но когда он увидел обстановочку этой комнаты, он издал такой вопль, которому мог бы позавидовать Тарзан! И практически с ходу, не говоря ни слова, рванул к какому-то медому тазу, который висел на боковой, капитальной стене, причём довольно высоко. С пола дотянуться до предмета ему не удалось, он подставил стул, этого то же оказалось мало, он поставил на него табуретку, взобрался на неё, поднял голову и в этгот момент таз соскознул со совего гвозня или крюка,полетел вниз и ударил любителя странностей по макушке. Звук раздался очень похожий на колокольный звон, мужчина закачался, и рухнул вниз, дотелев до пола одновременно с тазом, произведя шум ещё больший, чем в первый раз.
На шум первой прибежала медсестра из медпункта, увидев лежащего на полу мужчину, стала его осматривать. Почему для этого она решила наклонитья, не сгибая колен, я не знаю. Я также не знаю., почему мне в этот момент захотелось взять в руки фотоаппарат? Сделал это машинально, фотографировать совсем не собирался. Но когда я поднял камеру на уровень глаз, то увидел, что нарисованный на стене то ли дракон, то ли неизвестно что, находится как раз на одной линии с «пятой точкой» медсестры, которая всё ещё находилась в глубоком наклоне. Полное ощущение, что дракон хочет её укусить за попу! У меня это вызвало улыбку, и я быстренько навёл на резкость и нажал на спуск. Тут в коридоре раздался топот и в маганиз влетели запыхавшиеся охранник и продавщица газет Виолетта. Всё, что я о ней знал – это то, что она считает сябя гениальной актрисой, которую из-за её самобытности не захотели принимать в театральный. Вот она и осталась в городе, чтобы поступить на следующий год
- Что-то случилось? – поинтересовался охранник. Я пожал плечами:
- По сравнению с мировой революцией…Человек вызвался тут порядок навести и ему на голову тазик упал..вот его…медицина в чувсто и приводит.
- Да, Антонина кого хочешь в чувств приведёт…, - многозначительно произнёс охранник. И тут раздался уже знакомый мне звук, похожий на колокол. Я повернулся. Медсестра стояла на коленях в полной растерянности и держала в правой руке тазик:
- Я…нечаянно! Я хотела его просто к стене переставить, а он…вырвался из руки и..ему на голову!
За спиной у медсестры было изображено что-то похожее на летучую мышь с раскрытыми крыльями. И стояла она как раз точно посередине силуэа мыши. Я почему-то не сдержался снова и сфотографировал эту композицию, по окончанию пожавл плечами: