Корсет весьма открытого черного платья, настолько облегает и стягивает грудь, словно она сейчас выпрыгнет наружу. Я потянулась открыть окно. Легкий ветерок заструился в лицо вечерней прохладой. Шифоновая ткань юбки соскользнула и огромный разрез открыл мою ногу показывая кусочек черного кружева.
— Октавия! Если ты сейчас же не прикроешься я высажу тебя прям здесь, — без промедления сердито прорычал Брендон.
Его тон вселял угрозу, что именно так он и сделает, если ослушаюсь. Не пререкаясь, сразу же накинула ткань на ногу. Недовольно сложив руки на груди. Всю оставшуюся дорогу мне не давала покоя только одна мысль. Что сделает мать, когда увидит меня в таком торжественном наряде?
Глава 4. Брендон
Каждая тренировка давалась все сложнее. Когда бежал начинал задыхаться и кашлять. Грудь сдавливало, а голова немного кружилась. Ночной образ жизни, который я вел, очень сказывался на моем организме. Все меньше спорта, все больше сигарет и алкоголя. Ну, а как еще проводить последний год в старших классах? Постоянные вечеринки, девушки, много секса, мало сна. Классика для выпускника. Вот чем последнее время жил я и мои товарищи по команде. Впереди нас ждет ответственный период в жизни, а пока мы молоды, безрассудны и это наш последний шанс насладится на полную катушку свободой и властью который мы обладали в пределах родного города. Только, к сожалению, все это абсолютно не волновало нашего тренера. Не буду лукавить я сильно сдал для капитана баскетбольной команды за последние полгода, меня конечно это уже и мало тревожило. Через пару месяцев закончу школу, и вся моя «спортивная карьера» останется лишь в памяти. Старик Купер наседал на меня в двое больше, чем раньше, не давая ни капли слабины. Оно и понятно через две недели у нас состоится последняя игра в этом сезоне, перед выпуском. Для того чтобы мы не облажались напоследок, тренер доводил нас до изнеможения. Он всегда с полной уверенностью считал, кроме баскетбола нас в жизни ничего не должно интересовать.
Как бы не так.
И хотя он не раз заводил серьезные разговоры со мной и даже пару раз с моим отцом, о том, чтобы я всерьез подумал о профессиональной карьере баскетболиста. Я всегда отвечал отрицательно. Хотя где-то внутри меня теплилась мечта о славе, а главное автономности от отца. Но мне и так хватало проблем с ним. И я точно знаю, он оторвал бы мне башку, если бы узнал о том, что я хоть на долю секунды задумался о профессиональном спорте. По его мнению, спорт — это здоровье и физическая сила. На этом все. «Все спортсмены тупоголовые кретины», — тверди без конца он. Я продолжение своего отца. Весь семейный бизнес и часть дел приму сразу после окончания университета, и с полной ответственностью понимаю, что должен буду управлять одной из крупных строительных фирм на побережье. Именно поэтому мне необходимо получить юридическое образование. Этот вопрос был решен в нашей семье скорее всего сразу как я родился. Я не жалуюсь, мне нравится вести бизнес, управлять процессами и людьми. Поэтому никогда всерьез и не рассматривал спортивную карьеру. Баскетбол для меня скорее отдушина, способ выпустить пар, возможность надрать зад команде из соседней школы, не более.
В то время как тренер отчитывал пятьдесят отжиманий, я из последних сил пытался отрывать грудь от земли. Капли пота струились по лицу. Глаза мои то и дело следили за соседним полем, где тренировалась женская команда по лакроссу. В составе которой была самая сумасбродная девушка нашей школы Октавия Кларк. Так уж вышло, несколько раз в неделю наши тренировки совпадали. Я всё время искал её среди других девушек. Она бегала по полю, крича что-то остальным размахивая руками. Не скрою я чувствую особое удовлетворение от возможности пялится на нее в открытую, не скрывая и не пряча свой взгляд.
— Пятьдеся-я-т, — протянул Купер, и все разом рухнули на спортивное покрытие.
Руки гудели и не слушались, я перевернулся на спину, лицо заливало потом, волосы были мокрые, а солнце ослепляло и жарило.
— Тренировка окончена, — объявил тренер.
От услышанного я испытал огромное облегчение. Закрываясь руками от солнца, на до мной нависла тень, прищурившись я увидел Ройса. Друг протянул мне руку. Встав, я стянул с его шеи полотенце, начал вытирать лицо.
— Спасибо, — пробурчал я.
Устремив свой взгляд, как и прежде на соседнее поле, где все еще продолжалась тренировка.