Алекс
Дверь захлопнулась с оглушительным грохотом, отозвавшись в тишине комнаты. Я стоял, не в силах пошевелиться, все еще чувствуя на губах прикосновение ее поцелуя. Ее поцелуя, который был предназначен не мне.
— Ты не тот, за кого себя выдаешь.
Ее слова висели в воздухе, острые и безжалостные, как удар рапиры. Она знала. Каким-то непостижимым образом эта хрупкая девочка в платье в цветочек разгадала нашу игру.
Я медленно подошел к окну. На мокрой улице ее фигура быстро удалялась, растворяясь в серой пелене дождя. Она бежала от меня. От нас.
В голове пронеслись воспоминания. Ее испуганные глаза в первый день в аудитории. Как она краснела, когда я пододвигал ей конспект. Ее смех, когда мы завтракали вместе после теста. Все эти моменты были настоящими. И все они были украдены.
Черт возьми, Стив. Что мы натворили?
Изначально это казалось такой простой схемой. Он прикрывал меня на соревнованиях, а я — его на важных лекциях. Мы менялись местами с детства, это было нашей второй натурой. Никто никогда не замечал подмены. До нее.
Я сжал кулаки, глядя на свое отражение в стекле. То же лицо, что и у Стива. Те же черты. Но внутри... мы были такими разными. Он — импульсивный, харизматичный, легко входящий в доверие. Я — сдержанный, расчетливый, держащий дистанцию.
И она увидела разницу.
Я вспомнил, как впервые подошел к ней в библиотеке. Как она смотрела на меня с таким доверием, такой надеждой. Мне следовало отступить тогда. Но я не смог. Ее невинность, ее свет... они тянули меня как магнит.
Я достал телефон и набрал Стива. Он ответил после первого гудка.
— Брат, как возвращение? — его голос звучал расслабленно.
— Она знает, — выдохнул я.
На той стороне воцарилась тишина.
— Что ты имеешь в виду?
— Амелия. Она... она поняла, что мы не один человек.
Стив засвистел.
— Черт. Что нам теперь делать?
— Нам? — Я засмеялся, но в его смехе не было веселья. — Это ты в нее влюбился, играя в меня. Тебе и разбираться.
Щелчок. Я положил трубку.
Я опустился на кровать и закрыл лицо руками. Он я пересек все границы. Это он позволил себе чувствовать то, что не должен был чувстить. И теперь я должен был заплатить за это. Но как я мог объяснить ей правду? Сказать, что ее первый поцелуй, ее доверие, ее чувства — все это было основано на лжи?
За окном дождь усиливался. Где-то там она была одна, плача из-за нас.
Надеюсь, Стив придумает как с этим разобраться.
Глава 12
Стив
Дождь хлестал по лицу, но я почти не чувствовал холода. Внутри горело — стыдом, яростью на самого себя, отчаянной необходимостью найти ее. Я проверял все места, где мы бывали вместе. Кафе было пустым. В библиотеке дежурный библиотекарь покачал головой, не видел ее. Ботанический сад закрывался на сутки после шторма.
С каждым неудачным шагом тревога сжимала горло все туже. Где она? Одна, расстроенная, в этом проклятом городе, который и без того был для нее чужим.
И тут меня осенило. Ее убежище. То самое, о котором она рассказала мне в один из тех редких моментов откровенности, когда говорила о своем одиночестве здесь.
Я побежал к старому мосту через реку, на окраине кампуса. Под ним была небольшая бетонная площадка, скрытая от глаз свисающими ветвями ив. Она говорила, что иногда приходит туда, когда хочет побыть одной.
Добежав до моста, я замедлил шаг. Сердце бешено колотилось — не от бега, от страха. Страха увидеть ее боль. Страха того, что я скажу.
Она сидела на холодном бетоне, поджав колени к подбородку, и смотрела на темную воду. Ее платье промокло, светлые волосы прилипли к щекам. В свете одинокого фонаря она казалась призраком — хрупким и беззащитным.
— Амелия, — тихо позвал я, подходя ближе.
Она вздрогнула, но не обернулась.
— Уходи, Алекс. Или кто ты там сейчас.
Эти слова ударили больнее любого физического удара. Я подошел и сел рядом, не обращая внимания на мокрый бетон.