- Не прикасайся ко мне… - еле слышно прошептала она, чувствуя, как болит вся сторона лица, которой досталось от его нравоучений.
Конечно, он ударил ее не сильно, крови и других повреждений не было, чтобы потом не пришлось объяснять в полиции, почему у его обожаемой жены кровоподтеки и сломан нос. В его планы не входило ее заявление о насилии, иначе у нее появился бы повод развестись с ним. Нет, удар Кэмерон рассчитал так, чтобы Дафна поняла, чем ей может грозить ее непослушание, это был первый предупредительный «выстрел», говорящий о том, что второй мог быть уже гораздо страшнее.
- Ну, как, передумала спорить со мной, маленькая высокомерная дрянь? Будешь вести себя смирно? – требовал ответа он, взирая на нее сверху вниз холодными глазами с некоторым оттенком брезгливости, в котором Дафна ясно читала, что такая добродетель, как милосердие ее дорогому супругу совсем не знакома.
Она открыла рот, чтобы сказать что-то дрожащими губами, но слова застревали в горле, вырываясь на свободу лишь в виде шепота или писка.
- Не слышу, что ты там бормочешь, говори громче! - мучитель опустился еще ниже, попытавшись приложить ухо к ее губам, чтобы разобрать ее лепет.
- Чтоб ты сдох! – наконец, отчетливо произнесла девушка.
Это последняя фраза, которую ему удалось услышать от Дафны, потому что в следующую секунду на его голову с силой обрушилась бутылка красного вина, которую она нащупала на полу после того, как корзинка со всем содержимым упала вниз…
Девушка зажмурилась, пряча глаза от осколков, которые посыпались на нее и от брызг алкоголя, разлившегося вокруг. Но больше всего ей не хотелось видеть то, что она натворила в приступе страха и отчаяния в попытке избавить себя от монстра, обещавшего сделать ее жизнь невыносимой. Дафна крепко сжимала горлышко разбитой в дребезги бутылки в побелевших пальцах, даже когда тело мужчины, нависавшего над ней, обмякло и свалилось рядом.
Сердце отбивало бешеный ритм, рискуя выпрыгнуть из груди окончательно, вторя словам, застрявшим у нее в голове:
«Я убила его…»