- Вот чёрт, - прошептала со слезами на глазах.
ГЛАВА 14
Я на протяжении получаса слышала от Насти «Какая же ты дура. Дура». Вот она же вроде умный человек, а такие примитивные вещи говорит, ведь даже мне было о них прекрасно известно.
К слову о дуре: я прорыдала всю ночь в подушку, а после мне стало её мало, и я залила слезами матрац. Я молодец настолько, что утром испугалась саму себя в зеркале, настолько ужасно выглядела. Пытаться исправить хоть что-то при помощи косметики даже не пыталась – это моё наказание.
Настя сказала пойти и забрать её вещи из офиса. Это было логично и правильно, но пойду я туда только вечером, чтобы не попадаться ему на глаза, а заявление подпишу как-нибудь потом, а лучше пусть это сделает настоящая Настя. На эту реплику моя сестра вся закипела, словно на углях. Если удалить нецензурную бронь, то всё свелось к тому, что должна идти днём.
Я была готова ко всему, поэтому особо не наряжалась и не красилась. Всё равно всё завалила. В широких джинсах, кроссовках и мешковатой кофте я вошла в офис. В руке у меня был стаканчик кофе с коньяком, хотя правильно сказать коньяк с кофе. Не важно.
Махнула охраннику, поприветствовала трёх змеюк пафосным «факелом», с которыми всё это время вела нечестную дружбу – сегодня в моих планах было разрушить весь образ Насти. Никаких иллюзий.
Но я была очень ошарашена поведением Адама Иосифовича.
- Где отчёты? – сразу же напал он на меня, - И во что вы одеты? Чтобы больше подобного я не видел.
И где утро доброе?
- Адам Иосифович, я уволена, то есть ваши отчёты – не моя забота, как и дресс-код.
- Не понял, - встало в стойку бывшее начальство, - заявление ещё не оформлено, а значит я могу выжать из вас всё, что не дожал за эти годы. Бегом отчёты на стол!
Я от его крика подпрыгнула на месте. Вот ведь скотина, даже моё зареванное лицо не мучает его душу. Козёл.
- Шнеля, шнеля, - захлопал, подгоняя меня к столу.
- Вы мне что сказали? - запротестовала я, - Что я уволена, так я и пришла вещи забрать!
- Вечером заберёшь, как и заявление подпишешь.
Вот знала же, что сестра не из тех, кого стоит слушать.
Моя печаль испарялась с каждым недовольным басом Адама Иосифовича. Он действительно дожимал меня, поэтому я только порадовалась своей одежде, в особенности кроссовкам. Моё почти бывшее начальство так разошлось, что даже другие сотрудники стали подпрыгивать, когда он кричал на меня. Бывало кричал просто так, из-за скуки. А ему было скучно, ведь всей работой он завалил меня. А я держала официоз до последнего, чтобы не разочаровывать Настю хоть здесь.
Но моему испугу не было предела, когда произошла очередная странность в конце рабочего дня.
Раздался щелчок – моя рука оказалась прикованной к батарее наручниками с чёрным пушком. Даже знать не хочу откуда они у моего временного начальника.
- Я тебя предупреждал? - спросил Адам Иосифович, - Предупреждал.
Зачем ему нужны собеседники, если он и сам неплохо справляется? Но нельзя давать слабину.
- Вы уж простите меня, Адам Иосифович, но мне кажется, что ваше поведение чуточку не профессионально, - главное, что улыбнулась фирменной улыбочкой.
- Вот! - воскликнул и ткнул пальцем мне в лицо, - Вот об этом я говорил! Нет у Насти ямочек на щеках, нет!
- Да как же нет, если они у меня есть? - невозмутимо возмутилась, - И почему вы говорите обо мне так, будто меня здесь нет?
Тогда Адам Иосифович повёл себя крайне некрасиво, схватившись за подлокотники кресла и крутанув его так, что моё лицо легко могло отделиться от черепа, а шея от туловища.
- Не надо делать из меня психа, - прорычал мне в лицо, пока я пыталась тайком отцепиться от батареи, - Говори, кто ты такая!
- Мне кажется, вам нужно пропить ксанакс. - захотела улыбнуться, но вовремя одумалась, - Это прекрасные таблетки, которые избавят вас от тревожности, а попутно и от бессонницы.
Адам Иосифович, прибывая в состоянии крайней раздражённости, пару раз дёрнул кресло, отчего я почувствовала неприятный щелчок в районе шеи.