После такого не жалею, что удалила его номер. Заслужил.
— Прости дорогая, но вынужден сказать, что зря пытаешься, — наклоняюсь ближе к Любе и тихо говорю ей. Чувствую, как девушка напрягается. Явно не ожидала услышать от меня именно эти слова.
— Не вредничай, — хихикнула Любка. Как ни в чем не бывало, щелкает меня по носу и легко целует в щеку.
Медленно моргаю, стараюсь тихо выдыхать и вдыхать, делать вид, что все нормально. Внутри меня же в этот момент взрывается самая настоящая атомная бомба.
Бух и нет Любки.
Мысленно ругаюсь, чувствуя на щеке противный и липкий блеск для губ. Осматриваю стол и с трудом, но нахожу салфетку. Протираю щеку, ловлю на себе озадаченный взгляд Егора. Ничего не отвечаю.
Любка по-прежнему тянется ко мне, обнимает и всячески старается лапать. Надо бы узнать, что на нее нашло и почему ей вдруг понравились другие парни. А как же ее именитый Валера?
Чувствую себя отвратительно, не передать словами. Внутри все дрожит от ненависти к себе и к тому, что я творю. Мало того, что обманываю подругу, так еще и себя обманываю.
— Как там тебя… мне пора. Неделя была сложная и такая же ждет меня скоро, надо восстановить силы, — бормочу я и одновременно с этим пытаюсь снять с себя Любку. Она уже спокойненько обнимает меня, положив голову на плечо.
— Ну же. Останься с нами подольше.
Любка, словно самая ярая обольстительница, каких поискать можно, кладет руку на мое колено и слегка сжимает его. Эффекта никакого у меня не было на это простое действие. Люба удивляется, это я чувствую, но внешне старалась никак не выдавать этого факта.
— Еще немного. Мы ведь так хорошо проводим время.
— Тут я бы поспорил, — ворчу я. Не выдерживаю и резко убираю ее руку со своей ноги. Вижу, как девушка сразу обижается, и мне ее даже становится жаль, но внешне я остаюсь спокойной. Она моя подруга, но вот мой непутевый брат таких девиц, как она, в счет не ставит, всех смешивается в кучу и никогда не выделяет никого. Поэтому я стараюсь себя вести так, как повел бы он — жестко и бесповоротно.
— Ты меня стесняешься? Или их?
— Ты… как бы сказать помягче, не в моем вкусе.
— А я слышала, что как раз в твоем.
— Где слышала?
— От ребят.
— Ты их больше слушай, — отмахиваюсь я от ее заявления, как от надоедливой мухи.
Первым бросает взгляд на часы Пашка и торжественно заявляет, что пора топать домой и провожать дам. В этот момент как-то двусмысленно смотрит на меня. Будто я знаю какой-то секрет, который больше никому не под силу.
Ничего не понимая, поднимаюсь со своего места. Расплачиваюсь за свой сок (второй раз!) и делаю шаг в сторону. Вызываю такси домой. Секунды не проходит, как я поднимаю голову на наш столик и замечаю, что он пуст. Никого — только официант суетливо убирает посуду, и Любка сидит пьяненькая и продолжает строить мне глазки.
Вот это я влипла!
19
Я не переношу алкоголь. От слова совсем. Ничего не имею против него, нейтрально отношусь, когда выпивает кто-то из моего окружения, но предпочитаю сама пить сок или что-то холодное, но лишенное градуса. В основном я останавливаю свой выбор на апельсиновом соке. И мои друзья уже выучили это мое предпочтение.
Если бы я была более общительной особой, то, скорее всего, я бы всегда была той самой девчонкой, которая помнила, кто и где что оставил, сколько выпил. Нет, не была бы.
Меня воротит лишь от того, что я могу подумать, будто кого-то сейчас вырвет. Мне самой становится дурно. У Глебки с этим дела обстоят проще, хоть он и балуется спиртным. Уверена, что братец с самым спокойным выражением лица будет кушать свой бургер, пока рядом кого-то выворачивает наизнанку.
— Ну ты и наклюкалась, Лидка, — ворчу я, выталкивая подругу из машины. Такси остановилось около многоквартирного дома в пять этажей без лифта. Мне еще повезло, что Шейкина живет на втором и тащить далеко ее не нужно.