Внутри обожгло болью, расставаться с Вигдис было самым страшным наказанием. В носу защипало, а взгляд заволокло слезами. Я едва сдерживалась, что бы позорно не разрыдаться.
— Не смей плакать, Атира, ты служишь роду Фолке и мне решать, что ты будешь делать, поняла?! — грозный голос отца заставил вздрогнуть. Горячая слезинка скатилась по щеке и зависла на подбородке. Я усиленно моргала, что бы разогнать остальные. Но горло сжимало спазмом, хотелось плакать и стенать. У меня отбирали возможность быть рядом с самим дорогим существом.
— Да, глава. — с трудом просипела я.
— Если твой дар проявится, ты принесешь пользу клану. В твоих интересах не скрывать от меня свою силу. Я просмотрю старые записи. Думаю, что-нибудь найдётся об этом. Не разочаруй меня, Атира!
— Да, глава. — безрадостно ответила ему.
Отец хлопнул сына по плечу и ушел. Собрав свои пожитки, двинулась вслед за юношей. Он привел меня в более просторную комнату, чем та в которой я жила прежде. Но это не вызывало радости и восхищения.
— Это мужское крыло. Сама не выходи, видела, там была дверь в ванную. Если что понадобится, обращайся ко мне или к слуге, серая дверь справа. — он неловко переступил с ноги на ногу. — Ну, располагайся.
И был таков. Похоже, ему было неуютно разговаривать со мной, учитывая то, как он вел себя ранее, но я не держала зла. Зачем? Ведь это отец поставил меня в такое положение и больше никто. Похоже, в моей жизни начиналась новая страница, унылая и холодная. Я уже скучала по Вигдис, её беспрерывной болтовне и счастливому смеху. Упав на кровать, свернулась клубком, и горько заплакала, выплёскивая обиду и горе.
Глава 4
Как я и предполагала, Вигдис, устроила жуткий скандал, придя за мной и требуя вернуть. Но, отец был непреклонен. Из-за глупости их матери, что так желала родить сильного оборотня, и обратилась к опасной магии рода, зверь Леннарта, был неуправляем, и раз за разом, мне приходилось его усмирять. В конце концов, Вигдис сдалась, позволив забрать меня, но только на время. Меня радовало, что она пришла за мной.
Я чувствовала море бесконечной нежности, к этой упрямой, и в то же время умной, девочке. Я восхищалась, её умением отстаивать себя, и вовремя отступить, выражая почтение и покорность отцу. Она ненавязчиво ставила условия, и добивалась своего, но в то же время, не шла наперекор словам главы. Для своего возраста, она искусно манипулировала словами отца, отстаивая меня. Мало кто беспокоился обо мне, и сестра была, чуть ли не единственным существом. Если не считать Аврель, что когда-то устроила забастовку, грозясь не кормить жителей поместья неделю, если ей не скажут что со мной. Тогда разразился огромный скандал, и старой поварихе грозили плахой, но дородная женщина, словно воин держала оборону, требуя пустить её в целительское крыло.
К счастью, все закончилось лишь взысканием, ведь заменить старую повариху было очень сложно, никто так хорошо не знал предпочтения главы, как она. Потому, её не сильно наказали, за такую дерзость. Но, не смотря на все те неприятности, что Аврель получила, я была рада её поступку, ведь тогда я узнала, что есть живые существа, которым я не безразлична. Это согревало.
С Леннартом, мы сосуществовали довольно неплохо. Чем ближе была «ночь полной луны», тем чаще я следовала за братом. На его занятиях военному делу, я садилась в уголок и тихо наблюдала за ним. И лишь только замечая малейшие признаки проявления перевоплощения в зверя, мгновенно уводила прочь. Хотя в моём присутствии в основном, зверь вел себя тихо. Иногда, мы с братом мирно сидели в одной из его комнат, которая под завязку, была заставлена книгами, картами и бумагами.
Я любила перебирать книги, и подолгу рассматривать карты. Нас никогда не тяготило молчание, правда, вначале мы испытывали неловкость в обществе друг друга. Я боялась совершить ошибку, а ему было неуютно, ведь раньше он не зависел от моей помощи. Похоже, это его раздражало и огорчало одновременно.
Позже, брат научил меня играть в шахматы. Раньше я видела эту игру, но была слишком маленькой, а жизнь в каморке, лишала меня возможностей и желаний изучать любые игры. Но поймав мой любопытный взгляд, Леннарт сам предложил обучать меня этой мужской игре. У меня быстро получалось всё запомнить, но обыграть брата я не могла. Казалось, за эти несколько недель мы сильно сблизились, и отчасти я стала лучше его понимать. Вигдис часто заходила, и ревновала меня к нему.
Раньше всё моё внимание принадлежало ей и, не смотря на то, что теперь её компаньонками были чистокровные оборотницы, дочери известного рода, она утверждала, что скучает по мне. Это бредило мою душу, и иногда я могла позволить себе всплакнуть, но чем ближе была «ночь полной луны», тем реже я покидала общество юного наследника рода Фолке.