Трупы оживали, барахтаясь в топи, всюду лезли их скрюченные руки. Всё выглядело так словно бы это разворошенный муравейник, где взбудораженные муравьи лезут из-под земли. Только мертвые тела это не муравьи, они несли большую опаснось. Я была очень удивлена их количеством. Пробегая по тропе, периодически подскакивала, перепрыгивая тянущиеся ко мне конечности. Было страшно, сердце бухало в груди, грозясь проломить оную. Быть съеденной на болоте — страшная смерть. Я бежала на пределе, не оглядываясь, боясь, что поскользнусь и упаду.
Не знаю, сколько желающих полакомиться мною, собралось за спиной, но если судить, сколько их было впереди и по бокам от меня то, много. Дыхания не хватало, задыхаясь, прыгала с кочки на кочку, некоторые из них уходили под воду, и будь я чуть медленнее, трясина бы затянула меня. Мой забег оказался довольно долгим, но выход был близко и, проскочив очередные кусты, с радостью ощутила под ногами уже твёрдую почву, это предавало сил.
Пробегая через новые заросли, оставляя шевелящееся зло позади, я со всего маху налетела на проводника. Он, повалив меня на землю, раскрыл пасть, желая, вцепиться в горло. Его костлявые руки держали крепко, и в панике я завизжала. Но самого страшного не произошло, только с удивлением отметила, что приближающаяся голова с раскрытым ртом, упала мимо меня. А остальное навалилось сверху. Но думать долго не стала, и молниеносно оттолкнув ослабевшее тело, я подскочила. Бьярне нагло усмехался мне, хотя его глаза выдавали тревогу.
— Ты в порядке, маленькая ведьма? — прогудел он.
Говорить абсолютно не могла, лишь кивала. Он, подойдя, с лёгкостью поднял поверженного, из которого сочилась зловонная жижа, и бросил в сторону копошащихся мертвецов. Они как стая голодных гиен, набросились на добычу, разрывая плоть, и пожирая её. Я отвернулась, было противно смотреть на это. Бьярне зашагал вперед тихо обратившись ко мне.
— Мы беспокоились, когда ты пропала. Это проводник увёл тебя?
— Да, он пообещал показать где растут нужные мне травы. — я понаитию решила утаить встречу с болотной ведьмой.
— И ты дурёха пошла. — обвинительно сказал он.
— Что мне оставалось, если я не помогу наследнику, глава отдаст меня на потеху юным волкам. — обреченно ответила я. Мне скрывать было нечего. Бьярне яростно рыкнул, упиваясь в меня пронзительным взглядом.
— Врёшь! — зарычал он.
Я не испугалась его, чего бояться двуликого, если меня только что чуть не сожрали живьем.
— Зачем мне это? — безразлично спросила в ответ. Бьярне замолчал, яростно засопев. Мне было безразлично что он думает об этом, всё что я чувствовала сейчас, это усталость. Смертельную усталость, и радость что выбралась из этой передряги живой.
Глава 10
Обратный путь был легче. Может это потому, что я привыкла к тяготам, привыкла иметь самое малое и радоваться тому, что имею. Радоваться что дышу, созерцаю окружающий мир и просто живу.
Я очень скучала по Вигдис. И по-прежнему любила её как сестру и самое близкое мне существо. Хотя в последнее время, мы отдалились немного. Тяжелые мысли заклубились в голове словно вязкий туман. Будет ли она любить меня после того как узнает что мы не сестры? Я уверенна Ульф Фолке сдержит своё обещание, конечно, если ритуал пройдёт успешно. Но меня не покидало плохое предчувствие, что всё изменится. Хочется верить, что момента моего возвращения, все станет иначе, лучше. Что статус «ведьмы» изменит ко мне отношение в клане. С одной стороны я ждала, а с другой боялась этого. Боялась, что Вигдис отвернется от меня, будет держаться в стороне, и в итоге возненавидит. Но мою душу терзало не только это. Сколько же правды было в словах моей матери? Похоже, лжи, всё же, было больше. То, что я знала о бабушке — ложь! То, что я знала о матери — ложь! Кто откроет мне всю правду? Кто знает, как всё было на самом деле. Всё что рассказывала мне мать, об искренне любящих сердцах, о любви дедушки к бабуле, о причинах брака отца и матери, всё было ложью. Выдумкой, придуманной ею. Слова о смерти бабушки не были правдивыми, хотя я не особенно верила ведьме с болот. А умирающей женщине, что превозмогая боль и агонию, испуская дух, отдавала мне свою силу, стоит верить? Наверное, да. На смертном одре нет смысла лгать, ведь времени что бы пожинать плоды своей лжи больше не будет.
Я была в смятении. Мысли кружились в голове в дьявольском танце, сменяя одна другую, не давая мне возможности сосредоточиться на чем-то конкретном. В сознании крутилось важное воспоминание, но стоило мне ухватиться за него, оно ускользало, оставляя за собой вкус разочарования.