— Прекрасная ночь, не правда ли? — тихо спросил брат. Я лишь кивнула, созерцая яркую огромную луну на небосводе. — Спасибо тебе, Атира. Ты спасла меня, я твой должник.
— Леннарт, я не…
— Не надо, сестра. Я знаю, что ты сделала для меня. Пускай не намеренно, но ты открыла свой разум и вытащила меня из вихря безумия. Я помню. — он устало усмехнулся. — Серый волк, да? До этого момента кроме страха, я ничего не замечал, а он был там всегда. Ждал меня, да?
— Да. — тихо прошептала я.
— Ждал, значит. — Леннарт поднял голову к небу. — Ты ведь видела всё. Каждое воспоминание. Об отце, сестре, матери.
Я молчала, не было смысла говорить то, что он уже знал. Я чувствовала, что сейчас должна помолчать, выслушать его, как старого друга, которого у меня никогда не было.
— Ираида никогда меня не любила. Сейчас я понимаю, она любит только себя, и тогда мать была обижена на весь мир. Отец не мог на ней сразу жениться, как она рассчитывала. Поэтому срывала злость на мне. Я думаю, она совсем не хотела детей. Ни меня, ни Вигдис. Хотя Вигдис немного любит. — горькая улыбка появилась на его печальном лице. Я шагнула ближе к брату и обняла, желая поддержать, дать сил выговориться. Наверное, я единственная кто знает о его чувствах.
— Я понимаю, что нет смысла, злиться сейчас, но это больно, знать что мать тебя не любит. Ты тоже чувствовала этот огонь в груди, когда твоя мать предала тебя?
— Да. Чувствовала. — тихо шептала я, положив голову ему на плечо.
— Мать всегда упрекала меня, недостаточно силён, недостаточно хорош, недостаточно умён. Уверенность в том что я займу место главы, это гарантия её высокого положения в обществе и роскошной жизни. Отец всегда был светлым пятном в моей жизни, хотя тебе, он принес много страданий. Но и его большие надежды и чаянья, стали тяготить меня. Я не хочу становиться главой клана. Это трудно когда на тебя возлагают так много, чувствуешь постоянный страх разочаровать окружающих. Я устал вести гонку с самим собой, пытаясь стать лучше чем я есть. Было бы прекрасно, если бы я смог уехать с тобой в деревеньку, помощником ведьмы ха-ха-ха. — тихо рассмеялся он. Я улыбалась вместе с ним. Тревоги Леннарта потихоньку отступали, вытесняемые покоем и умиротворением.
— Всё изменится, твой зверь теперь под контролем.
— Да, изменится. — прошептал он. — Прости меня Атира. Я тоже принес тебе немало боли. Знаешь, я всегда боялся тебя. Отец говорил, что ты очень важна. Приказал наблюдать за тобой. Говорил, ты опасна, но, похоже, его страхи всего лишь вымысел сестра. Ты, правда, будешь нас навещать? — серьёзно спросил он, внимательно заглядывая мне в глаза. Всё-таки он еще ребенок, хотя и выше меня. Его душа еще так ранима и неуверенная, пускай брат прячется за маской холода и безразличия. Пусть он вольно, или не вольно, принес мне страдания. Но по сути, он и сам был очень беззащитен перед окружающим миром. Мне казалось он чем-то похож на щенка, что рычит и кусается, дрожа от страха.
— К ночи полной луны я вернусь, надо пополнять запасы магии в амулете. Родовая магия сделала твоего зверя своевольным, сейчас он покорился тебе, но кто знает, что будет дальше. Я не смогла полностью запечатать его, отдав под твой контроль, ритуал не был завершен. Но мы попытаемся снова.
Леннарт кивнул и я отпустила его. Так мы и стояли вдвоём, каждый думая о своих невзгодах в тишине почти летней ночи.
Уезжать было легко. Не смотря на то, что деревенька соседствовала с землями воинов, всего пол-дня пути от поместья. Но я была полна надежд начать новую, безоблачную жизнь. Провожать меня явилось немного народу. Крытая повозка была полупустой. Хотя в этом удивительного ничего не было. Особых вещей у меня не имелось. Правда, среди моего барахла, оказались некоторве вещи, которые мне не принадлежали ранее. Пара свёртков, довольно дорогой ткани, пачка бумаг и пишущее перо, котелок, несколько склянок и мисок. Небольшой кошель, со скромным содержанием, выданный главой Фолке, его я закрепила на поясе под плащом. Несмотря на тёплую погоду, я предпочитала завернуться в плащ, пряча лицо от посторонних.
Аврель даже всплакнула, к моему удивлению её поддерживал под руку старый архивариус. Я давно не заглядывала к нему, поэтому была рада видеть старого друга в добром здравии. К моей радости, глава не вышел меня провожать. Утром, бросив пару скупых слов вместе с деньгами, убрался восвояси, перед уходом напомнив, что пришлёт за мной, когда я понадоблюсь. Огорчало лишь то, что Вигдис дула губы, всё еще злясь на меня, мне хотелось, что бы и она порадовалась тоже. Но она ребенок и не понимает как это важно для меня. Леннарт же был весел и шутил, сбросив налёт холодности и отчуждённости, он стал вполне милым парнишкой, который любил скалить зубы.