Оборотень выудил из кармана коробку что помещалась на его ладони.
— В честь твоего прибытия, ведьма Атира, я приготовил подарок. — глядя на самодовольную улыбку мужчины, абсолютно не могла понять его мотивов. Неужели он и вправду верил что сможет меня купить? На бархате внутри коробки лежало два серебряных, тонких браслета.
— Это необычные украшения. Руку, ведьма. — тон мужчины показал мне, он не потерпит отказа и я поочередно протянула руки. — Эти тоненькие браслеты обезопасят меня и ограничат твою магию. Я не глуп и слышал о твоих угрозах в адрес глав семей клана Серых. Гнить заживо совсем не входит в мои планы. — прошептал альфа слегка наклонившись ко мне.
Что ж теперь ясно, это не акт безграничной щедрости хозяина замка, а всего лишь новые оковы для меня.
— Благодарю! — сквозь зубы прошипела в ответ. — А теперь, если вы позволите, я бы хотела обмыться в одиночестве.
— Разве тело болотной ведьмы, отличается от тела любой другой женщины. Что же ты прячешь под этими наглухо застёгнутыми одеждами и так страшишься показать? — кривая ухмылка и холодный взгляд хозяина замка, уверили в том, что он не оставит меня в покое. Я окинула его презрительным взглядом, выплюнув.
— Душу.
— О, так ты боишься показать мне свою черную душу? — насмешливо изрёк он. — Не стоит, я бывал в самых тёмных уголках нашего мира, встречал таких тварей, что одно упоминание о них вызывает дрожь. Чего я увижу на теле тощей девчонки, чего не видел ранее?
— Вы не уйдёте? — альфа привалился к стене, всем видом показывая свой ответ на вопрос. — Прекрасно!
Я со злостью стала срывать грязную одежду. Стыд жёг не хуже огня, никогда прежде я не раздевалась в присутствии других. Это злило и вызывало отвращение, но теперь было видно истинное лицо главы Рандольфа. Для него я бесправная пленница. Оставшись только в короткой ночной рубашке, на секунду засомневалась, но отринув все ненужные чувства, скинула и её на пол, А затем шагнула в остывшую воду. И только погрузившись в неё по шею, оглянулась на мужчину, прожигая его яростным взглядом.
— Так-то лучше ведьма. Мне легче иметь дело с тем кто злится и сопротивляется. Кому есть что терять. А покорная овца, коей безразлично ведут ли её на заклание, мне не нужна. — жестко произнес он. — Я рад, что ты не так слаба и ничтожна, как говорит моя невестка. У тебя есть характер. Наслаждайся купанием, ужин тебе принесут позже. Все дела отложим на завтра.
— Почему вы так уверенны что я соглашусь служить вам? — крикнула ему в след.
— Согласишься. У меня найдётся что тебе предложить.
С этими словами альфа захлопнул дверь, а я в приступе ярости ударила ладонью по воде. Я не ручная зверюшка что бы меня дрессировать. Это выводило из себя. Но нельзя поддаваться гневу, ярость лишает возможности здраво мыслить, а мне что бы выбраться необходим ясный разум.
Глава 24
Замок черных волков стал моей темницей. Красивая клетка, великолепные наряды, лживые улыбки. Альфа Рандольф пока так и не сказал чего хочет от меня. На свои вопросы я получала лишь расплывчатые ответы. Каждая трапеза в главном зале, словно пытка, спектакль, в котором каждый играет свою роль.
Меня одевали подобно кукле в пёстрые легкие и невероятно откровенные наряды. Я никогда не надевала платья с открытой шеей или с видом на ложбинку груди. Всегда наглухо застёгнутый ворот, всегда закрытые руки до кисти, это выделяло меня среди фривольных нарядов волчиц. Но, похоже, глава не желал что бы моё нахождение в его замке бросалось в глаза. Поэтому сделал так чтобы я стала одной из многих, такой же как и все. Мне было дурно от этого. Хотелось вырваться на свободу и пройтись босиком по траве, услышать голос бабули Гильды, взглянуть в янтарные омуты глаз моего любимого врага. Сомневаюсь, что когда-нибудь скажу это вслух, но врать себе самой нет смысла. Я тосковала по нему. Удивительно как быстро образ Сверра в моём сердце стал мне дорогим. Истинно любовь и ненависть ходят близко.
Но кроме тоски, что преследовала меня всюду, за мной по пятам следовали тени. Они беспрестанно шептали мне. Сначала появилась одна, она пряталась в темных углах, пугала меня появляясь неожиданно. Я старалась не замечать тень, но каждый раз их становилось больше. Одна шептала сладкие речи, другая гадости, третья просто обо всём на свете. Это сводило с ума. Я не могла ни спрятаться, ни скрыться, как и от своих конвоиров, которые неотступно следовали за мной.
Но было еще кое-что, что не способствовало моему благостному душевному состоянию. Это Вигдис и ненависть в её горящем взгляде. Стоило мне появиться в главном зале, как она окидывала меня уничижительным взглядом раз за разом стараясь уколоть или зацепить. Я же не отвечала ей, какой в этом смысл? Все мы получим то, чего заслуживаем рано или поздно. Многих желание обладать властью развращает. Похоже, и моя сестра стала алчной и властолюбивой как и её мать.