- Она может оставаться с нами.
- Но вы забираете отсюда Белинду вместе с детской - В таком случае существует единственный выход: девочка поедет с нами.
- Вы хотите сказать, что примете ее в свой дом?
- А как иначе? Ты и Белинда едете в Лондон.
Значит, и этот ребенок должен ехать туда.
Он улыбнулся мне победной улыбкой, потому что сумел устранить препятствие, которое я попыталась воздвигнуть.
- Как только мы там устроимся, ты вместе с детьми приедешь в Лондон. Мы обо всем условимся с бабушкой и дедушкой. Они понимают необходимость твоего переезда. Им, конечно, нравится, что ты живешь с ними, но ведь ты сможешь приезжать сюда на отдых, как это бывало раньше.
Я кивнула.
- И поверь мне, Ребекка, так будет лучше для тебя. Именно этого пожелала бы тебе мама. Полагаю, ты можешь закончить школу. Я подумывал о том, чтобы отправить тебя на годик-другой в одно из учебных заведений Европы. Говорят, там прекрасно учат девушек.
- Я не брошу Люси на год или даже на полгода.
- Я это понял. Что ж, обойдемся без завершения образования. Как только ты устроишься, мы подумаем насчет представления тебя в обществе. По-моему, теперь это делают на Пасху, так что до следующего года у нас предостаточно времени. Тогда тебе исполнится восемнадцать. По-моему, самый подходящий возраст.
- Так когда вы предполагаете жениться?
- Примерно через шесть недель. Ты не хотела бы приехать на церемонию?
Я покачала головой. Он все понял. Слегка коснувшись моей руки, он ласково сказал:
- Мне кажется, ты поймешь, что так будет лучше, Ребекка.
Разумеется, я понимала, что протестовать бесполезно. Бабушка уже сказала, что я его приемная дочь и, таким образом, он на законных основаниях опекает меня. Он хочет забрать Белинду, свою родную дочь, а Ли и мисс Стрингер отправятся вместе с ней. Так будет лучше для Люси, и я должна смириться с этим.
- Я уверен, у вас сложатся хорошие отношения с моей будущей женой, сказал он.
- Надеюсь, они хорошо сложатся у детей.
- Вряд ли она захочет вмешиваться в порядки, установленные в детской. Она гораздо моложе меня.
По правде говоря, я думаю, что ты уже встречалась с ней. Некоторое время назад она жила здесь, в Корнуолле, в доме, называвшемся Хай-Тор.
- Хай-Тор! - воскликнула я. - Но там жили какие-то французы.
- Совершенно верно. Полагаю, их семья продолжает владеть этим домом, а нынешние его обитатели лишь арендуют его У них теперь есть дома в Чизлхерсте и в Лондоне.
- В таком случае это семья Бурдонов.
Он улыбнулся.
- Моей женой будет мадемуазель Селеста Бурдон.
Я была поражена. Я попыталась припомнить месье и мадам Бурдон и выяснила, что мне совершенно не запомнились их лица, а вот младших членов семьи я немножко помнила. Селеста и Жан-Паскаль. Селеста была лет на шесть-семь старше меня. Значит, сейчас ей двадцать три или двадцать четыре года, так что она действительно значительно моложе Венедикта. А Жан-Паскаль, франтоватый и энергичный молодой человек, был, вероятно, года на два старше сестры.
- Я познакомился с ними в Лондоне, - продолжал Бенедикт, - и, конечно, разговор немедленно зашел о Корнуолле.
- Понятно, - сказала я.
Но меня внезапно охватило смутное беспокойство.
Почему же я почувствовала такое по отношению к людям, про которых нельзя сказать, чтобы они были мне совершенно незнакомы?
***
Наступила короткая передышка. Через несколько недель будет свадьба, потом, наверное, медовый месяц, а затем его новая жена должна будет переделать все в доме по-своему перед тем как затребовать нас туда.
Но, как я сказала бабушке, нужно было подготовить к этому детей. Она согласилась со мной и предположила, что лучше всех с этой задачей справлюсь я.
Я пошла в детскую. В занятиях был перерыв, и мисс Стрингер отсутствовала. Впрочем, это было не так уж важно. Она-то могла учить детей где угодно, но для остальных Корнуолл был родиной, и я не знала, как они воспримут известие о необходимости покинуть его.
В детской находились Ли и обе девочки. Белинда растянулась на полу, пытаясь сложить головоломку.
Люси стояла возле нее на коленях и подавала нужные кусочки. Ли сидела в кресле и что-то шила.
Когда я вошла, Люси вскочила и бросилась ко мне.
Белинда продолжала заниматься головоломкой.
- Проходите, присаживайтесь, - сказала Ли.
Люси схватила меня за руку и повела к креслу.
Когда я села, она прильнула ко мне. - Я должна кое-что сообщить вам, сказала я.
Белинда наконец оторвалась от своей головоломки.
" - Что? - спросила она.
- Я расскажу тебе, когда Ты подойдешь и спокойно сядешь рядом со мной.
Белинда посмотрела на головоломку, словно сомневаясь, стоит ли бросать это занятие.
- Очень хорошо. Если ты не хочешь слушать, буду говорить только с Ли и Люси.
- Ну, если это важно... - протянула она.
- Белинде неинтересно, - сказала я, - так что подойдите поближе, и я расскажу вам обеим.
Белинда подпрыгнула.
- Конечно же, я хочу послушать, конечно же, я собираюсь слушать.
В то время у нее появилась привычка использовать словечко "конечно" чуть ли не в каждой фразе, и меня это слегка раздражало.
- Очень хорошо. Подходите, усаживайтесь и слушайте. Мы уезжаем отсюда.
- Мы все? - спросила Люси, испуганно глядя на меня.
- Ты, Белинда, Ли, мисс Стрингер и я.
- Куда? - спросила Белинда.
- Иногда мы будем жить в Лондоне, а иногда - в Мэйнорли. Мы переезжаем к твоему отцу, Белинда.
Наконец-то ее удалось хоть чем-то поразить.
- Ты тоже едешь, Люси, - еще раз подтвердила я. - Все будет по-прежнему, только не в этом доме и не в Корнуолле. - Я сжала руку Люси. Я тоже там буду. Там будет наш дом. Конечно, мы часто сможем приезжать сюда. Просто большую часть времени мы будем проводить в другом месте.
- И это все? - спросила Белинда.
- Разве этого недостаточно?
- Конечно, если мне там не понравится, я там не останусь.
- Посмотрим.
- Мне не нравится мой отец, - продолжала Белинда. - Он не слишком приятный человек. Он меня, не любит.
- Ты должна заставить его полюбить тебя.., если сумеешь.
- Конечно, сумею.
- Ну что ж, тогда мы посмотрим, как ты будешь это делать.
- Конечно, я не буду, если не захочу.