Полностью изменить мою внешность никто бы не смог, но мелочи, детали, да плюс лёгкий морок для отвода глаз — и вот она, веселая служаночка Лика! Ее никто не сравнит с принцессой Мелиндой, единственной и обожаемой внучкой старой «железной» королевы Шариссы. Бабулю все очень уважают и, частично, боятся, что тоже неплохо. И я могу поклясться на любом артефакте, принять любую сыворотку правды, и сказать: не хочу торопиться занимать престол! Я желаю бабушке не просто долгих лет жизни и правления, а много десятилетий, чтобы она только оставалась рядом! Думаю, меня поддержат и ее подданные, потому что сила и стабильность в нашем королевстве зависят от правительницы.
Так вот, мы с бабушкой вызвали ее доверенных камеристок, и приготовили притирания, которые сделали мою кожу темнее и как-то желтее на вид. Глаза подвели стойкой краской, чтобы они стали более раскосыми, брови, наоборот, подчернили и сделали шире. Цвет и блеск волос изменила краска, и они стали очень темными, цвета воронова крыла. Лёгкий морок поменял цвет глаз, они тоже стали темными, почти черными. Если кто-то даже и заметит в чертах лица служанки слабое сходство с принцессой, в этом нет ничего крамольного и подозрительного: мало ли похожих людей! Да и вряд ли кто-то будет всматриваться в лица обслуги.
Как же хочется поделиться с бабушкой своими первыми впечатлениями от встречи! Но этого делать нельзя, иначе наша маскировка может рухнуть. Достаточно того, что за мною присматривают самые доверенные люди королевы, чтобы ничего не случилось с наследницей. Но нельзя дать понять кому-нибудь из потенциальных заговорщиков, что сейчас самое время красть королевскую внучку.
Я ведь сказала, что действующую правительницу все любят? Да, все: простой народ, которому живётся хорошо и спокойно, и те наши подданные аристократических родов, которые ничего не замышляют против короны, которые преданы нам. Но всегда есть те, кто считает себя более достойным претендентом на трон, либо… просто польстится на деньги и обещания предателей.
И да, я понимаю, какую головную боль и беспокойство устроила охране, но иначе не могу. Ну, вот такое шило у меня… в одном месте. Кстати, оно фамильное, бабушка в молодости тоже такие безумные вещи творила, что до сих пор легенды ходят. А у меня личная жизнь может решиться в ближайшее время, как тут усидеть на месте! Интуиция была права, принц — такой лакомый кусочек…
— Всё очень вкусно, гостям понравилось, — отчиталась я Матильде, одной из наших любимых поварих.
— А ты-то голодная, деточка, вон, бегаешь, как настоящая служанка! — тут же захлопотала она. — Небось, и устала, и сама кушать хочешь!
— Не откажусь, — улыбнулась я, понимая, что в животе на самом деле засосало от голода.
От Матильдиных пирожков и других знаменитых яств распространялся такой дух, что даже фея, питающаяся цветочной пыльцой, не смогла бы устоять.
— Кушай, кушай! — подкладывала мне пирожки наша добрая фея очага.
Мы заранее договорились, что никаких «Ваше высочество» сказано не будет, потому что даже стены имеют уши. Проболтаешься один раз — тут же возникнут подозрения, и вся маскировка — коту под хвост.
Зато поговорить о наших гостях никто не запретит, и тут ничего подозрительного нет: неужели молодая девушка не захочет обсудить знакомство с принцем-красавчиком? Чтобы оправдать мое свободное общение с дворцовой поварихой, между делом обронили, что «служанка Лика» — дальняя родственница Матильды. Какая-нибудь там внучатая племянница. О, смотрю, я учусь плести интриги и продумывать планы до мелочей, бабуля будет довольна!
— Рассказываю: принц — красавчик! — начала я. — А ещё вежливый такой, воспитанный, сразу видно — королевских кровей! А его телохранитель… Ох, бабушка Матильда, телохранитель тоже хорош! Ну, не в том смысле, хотя… хорош, в общем! Тоже вежливый, и весёлый, и заботливый — обо мне спросил, не голодна ли я сама! Я бы не отказалась… ну, в нашу гвардию бы такого!
В последний момент я поправилась, и сказала не то, что собиралась ляпнуть. Думаю, Матильда поняла, а если и не поняла, не важно. А я бы не отказалась, да, познакомиться с зелёным телохранителем поближе. Ну, официально — чтобы незаметно из первых уст узнать про самого принца. А на самом деле… вообще-то, принц слишком скован условностями, а телохранитель — как его зовут-то? — сразу располагает к себе манерой общения. А ещё он очень привлекателен незнакомой, экзотической, и от этого очень притягательной мужской красотой.